Мосты. Книга 1. Наведение мостов.

Ацельсия была удивлена не меньше моего, но мы не стали особо напрягаться над этим вопросом.

В этот раз, я предложил остановиться в самой дешёвой таверне, поближе к крепостной стене, в таких местах тяжело встретить тех, кто может заинтересоваться странным поведением двух постояльцев, а нам ведь следовало подготовиться к операции.

Первый этап подготовки мне совсем не нравился. Мы не успели снять в трактире комнату, как Волчанка тут же зажгла в ней свои травы и усадила меня на пол, последние три дня это было моим основным занятием, но каждый раз проходил как первый.

Ацельсия придумывала новые планы и новые типы поведения, а я пытался их осуществить.

- Постарайся не бежать от страха, а усиливать его до максимума. Это ведь, как боль. А чем больше боли ты испытываешь, тем проще тебе ее выносить.

- Спасибо за совет, - буркнул я и закрыл глаза, вдыхая дурманящий дым и нащупывая дорогу к границе подсознания.

Возможно, ещё несколько минут я слушал мерные шаги Ацельсии по комнате и шум голосов местных пьянчуг внизу трактира, но вскоре явь сменилась полуявью и мир вновь покрылся неопределенностью.

Вода. Толщи воды вокруг. Странно, но сейчас мне казалось, что мои мысли стали яснее, чем в прошлый раз. Я прекрасно осознавал происходящее, и мир не казался мне затуманенным и не полным. Я вдруг понял, что всегда любил воду, любил наблюдать за рябью, играющей на водной глади. И пусть морская глубина таит немало страхов, но, смотря на ее границу с воздушным миром, я ощущал, как что-то неведомое тянет меня оказаться там.

И сейчас я здесь оказался. Вокруг сновали черные тени, а водная пучина все больше и больше поглатывала меня. Я снова ощущал боль, но сейчас вдруг понял, что этого не может быть. Разве я не идеальная добыча? Разве меня не так просто убить? Так почему я ещё жив?

Все происходящее вдруг стало совершенно понятней и яснее.

Я не боюсь смерти, не боюсь боли. Сейчас я понимал это максимально четко. Лишь одно мгновение, мгновение, когда тень приобретает акульи черты в морской воде и приближается ко мне, вот что стало моим главным страхом.

И я впитал его. Снова услышав голос Змея, я не обратил на него никакого внимания, а лишь неподвижно замер и погрузился ещё глубже, туда, где границы реальности практически стирались, наполняя пространство властью сна.

Кажется, я нащупал то, чего мне так не хватало. Частично, Волчанка была права, страх, как боль. И мне хочется подобной боли все больше и больше.