Катабасис

Солен насчитал девять трупов. Марта накрыла рот ладонью, Кирия молча смотрит на мертвецов. В глазах абсолют отражаются огни фонарей, вспышки камер и нечто мрачное.

Солен, опираясь на трость, подошёл к бородатому мужику, соседу с этажа ниже, откашлялся, привлекая внимание, и спросил:

– Привет, Фор, что случилось? Утечка газа?

Мужик дёрнулся, обернулся, увидев соседа, выдохнул, положив ладонь на левую сторону груди.

– Да какой там… Привет, нет. Сволочь с третьего этажа флягой протёк. Мать его! Удавил всю семью, даже детей!

– Тел больше чем семь.

 – Подметил Солен, наблюдая, как из подъезда выносят ещё одно.

Из-под брезента на снег капает кровь, а форма тела совсем не похожа на человеческую. Скорее на ком мяса. Толпа охает, кто-то матерится сквозь зубы.

– Угу, тварь пошла по соседям. Дом то дружный, чего не открыть соседушке? Вот и до дружились. Мать через мать! Вот тебе и канун праздника, отметили так отметили. Как теперь жить-то Солен? То людоеды в город врываются, теперь вот это! Что дальше? Мы уж думали, и до тебя нелюди добрались.

– Не, просто отравился.

– Ну, хоть что-то не ужасное. Страшно жить, Солен, ой страшно.

Трупов набралось семнадцать мешков. У Солена волосы на затылке зашевелились от осознания этого. Марта вцепилась в руку, лицо вытянулось, а глаза влажно блестят. Кирия мрачнее тучи, вызвалась помочь уложить мертвецов в грузовичок морга. После вернулась к Солену и сказала тихо:

– В основном старики и дети.

***

Лифт опечатан жёлтой лентой и стоит на первом этаже, распахнув двери.

Стены забрызганы кровью, на уровне колен широкие мазки от ладоней, а на полу застывшая лужица с отчётливыми отпечатками босых ступней. Воздух смердит кровью, у Солена сжался желудок. Смрад похож на характерное амбре мясницкого амбара людоедов.

Подъём по лестнице показался бесконечной пыткой. В один момент Кирия не выдержала и не спрашивая, подхватила его на руки. Понесла, как жених невесту. Солен начал было протестовать, но сестра отвесила подзатыльник, и он умолк.

Квартира встретила приятным тёплом и запахами родного дома.

Кирия помогла разуться, Солен сгорая от стыда и неловкости молча принял помощь. В полной тишине женщины провели его на кухню и указали на стол. В широкой жестяной миске лежат пять металлических кружков с проводками.

– Это что такое?

– Прослушка. – Ответила Кирия, широко улыбнулась и выпятила грудь, уперев кулаки в бока.