Книга третья - За Альбион

А там находятся те, кто мановением руки могут создать мир, подобный этой Земле и таким же мановением переделать его так, как им заблагорассудится. При этом никто из нас не заподозрит, что что-то изменилось. Они настолько могущественны, что для всех живущих поток событий и их причинно-следственные связи останутся непрерывным процессом, впрочем, как и должно быть. Что из этого следует? 

– Из этого следует, что они и есть создатели этого мира и всех, кто его населяет, включая богов, – неожиданно заговорил Курчатов.

 

– Выходит их мир отделен от нас преградой, преодолевать которую они могут, а мы нет, – добавил Двалин. 

– Но тогда сбежавшие через странные порталы пленники не были шпионами, – уточнила Василиса. 

– А кем же они были в таком случае? – спросил Торальд. 

– Они были наблюдателями, – ответил ему я, – наблюдателями высших богов. 

– Их можно считать датчиками, подобными тем, какими оборудованы наши зонды, – продолжил Курчатов.

– Они, возможно, заметили сбой в нашем мире и прислали сборщиков информации. 

***

– Меня смущает слово «сбой», – влез в обсуждение Далебор. – Это в компьютерных программах бывают сбои…

– Заметьте, юноша, это сказал не я, – Себлик усмехнулся в своей обычной манере. – Но я с вами согласен: наш мир очень похож на выстроенную искусственную систему, контролируемую извне, как программа в компьютере или, если хотите, модель мира.

 

– И, кажется, я знаю причину, по которой они сюда прибыли, – добавил Коляда. 

– Я тоже, – сказал Курчатов. – Причина в моем появлении здесь. Думаю, что пришла пора мне отправляться обратно, домой. 

– А как же зонд? – воскликнул Белослав. 

– Зонд и так получился очень хорошим, а вы все делали его вместе со мной, так что вы его и доведете до совершенства. 

– Думаю, что ты прав, – согласился Коляда, – тебе пора.

Давай сделаем это прямо сейчас. Мессиры, – обратился он к нам, – самое время проститься с вашим другом Игорем. Он немедленно отправляется домой. 

Прощались бурно: жали руки и говорили речи. Но всему приходит конец и Коляда, вместе с Курчатовым, вышли через внутреннюю дверь, за которой никто, кроме Коляды и Себлика никогда не бывал. 

– Совещание продолжим завтра, мессиры, – сказал Коляда перед уходом.