Книга третья - За Альбион

 

– Кто из альбов может остановить кровь вождю Бибракте, ведь когда я выдерну кинжал, он умрет от потери крови? 

Двое альбов подошли и один из них достал из сумки, которая висела у него через плечо, травы, веревки и рулон чистого полотна для перевязки. Второй – вынул маленький нож и вспорол штанину, чтобы добраться до раны. 

– Тяни, – сказал он, приготовившись руками закрыть рану. 

Я вырвал кинжал одним движением, и они оба засуетились, стараясь остановить кровь и перевязывая его.

 

– Послушай, Уно, я тебя не боюсь, но приехал сюда не за жизнями альбов и не мстить за мое похищение. Я приехал поговорить о деле…

– Ты поговоришь с Бибрактой, если останешься жив, – злобно оскалившись, выкрикнул он. 

Вождь вырвал свой кинжал из ножен и сделал шаг вперед. Я сорвался с места, двигаясь вперед и вправо. Одновременно я перебросил свой кинжал в левую руку. Легко уклонившись от его выпада, я нанес удар с характерным свистом, за что и получил когда-то свое прозвище.

Лезвие вошло в бицепс его левой руки. Нырнув вниз и потянув за собой кинжал, я оказался за его спиной. Снова перебросил кинжал и одновременно ударил ногой под колено, выводя Уно из равновесия. Опять свистнуло бронзовое лезвие и проткнуло трицепс правой руки. Я выдернул кинжал и толкнул его в спину свободной левой рукой. Уно рухнул как бревно. 

Я остановил движение. Шестеро альбов, бывших в сознании, смотрели на меня кто с ужасом, кто с восхищением.

 

– Поединок был честным? – спросил я, и они согласно кивнули головами. – В таком случае долги уплачены и нет между нами кровной мести. 

– Да будет так, – сказал один из двух лекарей. 

– Тогда позаботьтесь об Уно, я хочу с ним поговорить. 

Глава девятая – Проблема Туземцев

Вечером, в пустой таверне, начались переговоры.

Альбы разбили лагерь в сотне метров от нее. И все они, кроме Уно и еще двоих воинов, оставались там. Уно был слаб и с трудом сидел за столом, напротив меня, между сопровождающими — двумя пожилыми и, судя по количеству наколок, очень заслуженными воинами.

Мы только что подтвердили мир между нами.

— Как там Бибракта, — из вежливости поинтересовался я.

— Он без сознания, но лекарь спрашивал о нем у богов. И боги сказали, что вождь будет жить.

— Вот и хорошо, я не желаю ему смерти.