Книга третья - За Альбион

Мне некогда было следить за их полетом. 

– Заряжай! 

И все зарядили. 

– Целься, пускай! Заряжай! 

Первые гранаты уже попали в цели, но мы продолжали заряжать и стрелять. 

Себлик бросил свой гранатомет в салон, сквозь открытую дверь. 

– Еще залп, я вас прикрою, – выкрикнул он уже голосом Семаргла. 

И мгновенье спустя, рядом с нами выросла фигура огненного бога. Он взмахнул руками, и волна пламени высотой с десятиэтажный дом ринулась навстречу йотунам, которые шарахнулись от нее в разные стороны.

 

– Пускай, – приказал я, и третий залп ушел в сторону врага. 

Семаргл снова отправил навстречу врагам огненную стену…

Мы успели выстрелить еще раз. 

– В машину, – крикнул я. 

Семаргл послал третью огненную стену и как-то резко уменьшился, и в квадролет, последним из нас, запрыгнул Себлик. Навигатор рванул машину вверх так, что всех вдавило в сиденья и это спасло нас. Сквозь последнюю волну пламени выскочила гигантская нога и наступила прямо на то место, где только что стояла вертушка.

Навигатор набрал высоту и выровнял полет над, выжженной огненными волнами, равниной. Теперь я мог осмотреться. Два десятка великанов были сильно обожжены. В их число входили все раненые. 

Мы выпустили тридцать гранат. Теперь с высоты стало видно, что не все выстрелы оказались смертельные. Больше всего попаданий получилось в голову. Нет, головы им не снесло, уж больно они оказались громадными, но из этой категории не выжил никто.

Тем, кому граната попала в грудь, а, как известно, голова и грудь, наиболее горячие места у человека, получили тяжелые, как правило смертельные ранения. 

Но вот чего я не учел, так это температуру ног. Обычно на тепловизоре ноги холодные, но наши противники прогрели их во время своего стремительного марша. Вот в ноги и попало примерно двадцать процентов гранат. Повреждения оказались не смертельные, но воевать эти йотуны уже не могли. И таких я насчитал шестерых с разбитыми ступнями и коленями.

Наша вылазка наделала шума и устроила панику, но из этой толпы выросла фигура Трюма. Он не был самым сильным или самым большим великаном, но он был умен и видимо не случайно стал князем. 

– Всем остановиться, – гаркнул он так, что нас едва не контузило, хоть мы и находились в квадролете, правда недалеко от йотунов. – Вы должны помогать раненым. 

– Уважаю его сообразительность, – похвалил его Себлик. – Однако раненые их задержат.