Ублюдок

— Господин капитан! Господин капитан! — раздался до боли знакомый голос.

Киро вытянул и выгнул шею. Присмотрелся. Прямо сюда, к раме с распятием мчался староста Сияцо.

— Господин капитан! — в очередной раз выкрикнул староста. — У меня все готово... О! А этого за что подвесили? — спросил Сияцо, кивнув в сторону Киро.

— Сломал руку сержанту! — коротко ответил капитан Отакаши.

Староста Сияцо скривился, взглянул на Киро. Юноша не отвел глаза. Смотрел гордо, уверенно. И тогда Сияцо сам отвернулся. Спрятал взгляд.

— Так что ты хотел? — строго спросил Отакаши.

— Хотел сказать, что у меня все готово, — ответил староста. — Мои люди подготовили карту. Отметили на ней все, что необходимо. Так же я выбрал двоих проводников. Они проведут вас на север. Настолько, насколько сами знают маршрут. И проконсультируют ваших людей.

— Хорошо, — кивнул капитан. — Я хочу пообщаться с ними лично. Сейчас. Прямо перед выходом.

— Не проблема, — расплылся в подобострастной улыбке староста. — Идемте.

Киро остался висеть один.

Вокруг абсолютно никого не было. Солдаты собирали свои вещи и укладывали их в повозки. Разбирали шатер капитана. Суетились и хлопотали по мелким бытовым делам.

Солнце вышло из-за горизонта. Из домов потянулись деревенские. И все как один с интересом смотрели на сооружение в центре площади. Подходили, смотрели. Обнаружив там Киро, бросали презрительные и осудительные взгляды. Шли по своим делам.

«Осуждайте, — думал подросток. — Мне плевать. Дети некоторых из вас тоже служат захватчикам».

Киро понимал, почему его всегда презирали и презирают сейчас. У него нет родителей. Он безродный. А фамилия, принадлежность к роду, любому, значила в этом мире многое. Конечно, чем сильнее и могущественнее род, тем лучше. Тем больше уважения к его членам. Тем больше дорог им открыто. Но даже в таких деревнях как эта род значил многое. Путь тут не было знатных, богатых или ахиро. Но все же. Дядя Шамир рассказывал ему об этом. В селениях покрупнее это было выражено еще ярче.

А в больших города и вовсе существовали родовые кланы. Киро смутно представлял себе, что это такое, а дядя не вдавался в детали. Откладывал этот разговор на потом. Не вышло. Шамир погиб. И подросток остался без учителя, без информации.

Так же деревенские ненавидели его за то, что он странный. Не нужны им были странности. Всякие непонятные штуковины. Да, Киро был необычный. Непонятный им. Опасный. А то, что люди не могли понять, объяснить — ненавидели.