Ублюдок

Потом ты научишь меня «Железному Цин-Гун», и я уйду отсюда. Только это и держит меня здесь все эти годы. Лишь обучение и твоя доброта ко мне. Ты же знаешь.

— Знаю, — кивнул дядя и спросил: — И куда же ты уйдешь?

— В Дорхейм, — решительно сказал подросток.

— Вольные города опасны. И коварны, — наставительно сказал Шамир. — Ты уверен, что тебе именно это нужно? Ты не знаешь тамошней жизни. Обычаев.

— Узнаю, — самонадеянно сказал Киро. — Привыкну. Здесь же привык. А там и подавно. Да и ты же сам говорил, что в большом городе большие возможности.

Шамир отвернулся, скрипнул зубами. В который раз уже ему нечего было возразить Киро. И оставалось лишь одно — помочь. Приложить все свои силы и возможности для развития четырнадцати летнего мальчугана. Который в свои года достиг уровня двадцатилетнего.

«Слишком уж быстро он развивается, — мелькнула тревожная мысль в голове Шамир. — Выдержит ли в таком возрасте мощь Путей? Не перегорит? Сомнения.

— Ты сейчас говорил серьезно? — Шамир снова повернулся к подростку.

— Серьезно, — кивнул тот.

— Ты готов? Настроен?

— Я абсолютно уверен в своем решении, — твердо сказал Киро.

— Что ж, тогда со следующей тренировки ты будешь получать увеличенную нагрузку. Я буду давать тебе больше знаний. А тебе придется стараться. Вдвое больше.

Киро ошарашено уставился на дядю. В удивлении раскрыл рот. В глазах с новой силой вспыхнул азарт.

— Это значит, что я ускорюсь в Развитии? — чуть ли не крича от радости, спросил подросток.

— Именно, — серьезно ответил Шамир. — Но тебе придется забыть об усталости. Работать нужно будет на пределе возможностей. Уважительной причиной неявки на тренировку буду считать только смерть. Закончить тренировку раньше — нельзя. Опаздывать — нельзя. Отдыхать больше трех раз — нельзя. Говорить, что устал и больше не можешь — нельзя. Думай что хочешь, но молчи. Выполняй упражнения. Все. Такие дополнительные условия. Ты готов? Возьмешься? Или, все-таки, продолжим в прежнем режиме?

— Готов! Ты не услышишь от меня ни одной жалобы.

Дядя Шамир кивнул. Внимательно посмотрел в лицо подростку. На мгновение ему показалось, что во взгляде Киро сверкнула заточенная сталь. Повисла тишина. Лишь костер весело потрескивал дровами.

Вскоре вновь послышался детский крик. Стайка малышей примчалась к костру.

— Староста вернулся! — крикнул кто-то из детей. — Все идут к нему домой на разбирательство.