Ублюдок

Жахнуло!

Крики, стоны! Ругань и дикий кашель. Да, дым от алхимического порошка очень едкий.

— Ждите здесь, — сказал Тэйпо подоспевшей пятерке солдат. — Мы с Хакикуро разведаем путь.

И бросился вперед.

Всего лишь через десяток шагов товарищи обнаружили массивную дверь.

— Надо вскрывать, — сказал Тэйпо.

— Гениально! — язвительно отозвался Хакикуро. — Сам бы я ни за что не догадался. Есть шнур?

— Должен быть, — кивнул Тэйпо. Принялся швыряться в сумке. Быстро нашел там промасленную веревку, приладил к гренаде.

Установил ее под дверь и принялся разматывать шнур.

— Достаточно! — прошептал Хакикуро. — Успеем отойти назад.

— Ага. Поджигаю.

Тэйпо с десяток секунд провозился, высекая искру. Наконец веревка вспыхнула. Задорный огонек быстро помчался к гренаде.

— Назад, назад, — замахал руками Тэйпо и бросился обратно.

Взрыв! И оглушительный грохот. Дверь сорвало с петель, подбросило кверху и откинуло вперед. И тишина.

Товарищи уже хотели, было, ворваться внутрь, как внезапно послышался нестройный рев глоток.

Боевой клич. И из аванпоста повалили воины.

— Вляпались мы! — уныло сказал Хакикуро. — Зря вскрыли. Надо было наших дождаться.

Тэйпо обернулся назад. Отступать. Нужно отступать. Однако было уже поздно. С той стороны на них так же мчались враги.

Глава 11. Помощь ближним

— Эй салаги! — сказал кто-то из воинов. — Чего встали? Ночевать на улице будете? Сержант же ясный приказ дал!

Солдат отступил на шаг в сторону. Гостеприимно махнул рукой. А на лице — та же хищная улыбка.

Никто из подростков не шелохнулся. Не решился двинуться под полог. Пройти через толпу матерых воинов. Все топтались на месте и посматривали на Киро.

А подросток оценивающе смотрел на солдат. И примерно предполагал, что произойдет дальше. Не знал только, как. Но ждать было нечего. Действительно — не всю же ночь на улице стоять.

Киро шагнул вперед. Неторопливо двинулся к казарме. Сверстники — за ним. Солдаты расступались, расходились в стороны. Освобождали путь подросткам. Киро шагнул под навес, завертел головой.

Справа и слева самодельные двух и трехъярусные кровати. Сработанные из жердей и массивных брусков. И все они заняты. На каждой чьи-то вещи. И только в самом конце казармы свободные места. Прямо на земле. Среди мусора, тряпья и объедков лежали парусиновые мешки. Видимо именно они и предназначались для ночлега.

Киро остановился посреди казармы. Сверстники уткнулись ему в спину. Подросток обернулся и глянул на солдат. Все они весело улыбались.