Ублюдок

Киро повезло больше. Он — ахиро. Его тело справилось с побоями лучше. Даже синяков практически не осталось.

Подростки скулили, стонали от боли. Медленно одевались и плелись к выходу из казармы. Киро вышел последним.

В центре большой вытоптанной поляны их уже ждал сержант Нуратаси. Воины быстро построились ровными рядами. Подростков пустили вперед, сами — позади. Сержант окинул солдат внимательным взглядом, прошелся туда-сюда. Сказал:

— Двоих новобранцев не хватает!

— Отравились, господин сержант! — отчеканил тот самый солдат, что пинал трупы сверстников несколькими минутами раньше.

— Вчера вечером они проголодались и наелись ядовитых ягод.

Сержант прищурился, уставился на воина. Скомандовал:

— Тащите их сюда! Ты и ты, — Нуратаси указал на двух подростков. — Живо!

Мальчишки заковыляли в казарму.

— А эти почему еле плетутся? — спросил сержант Нуратаси. — Тоже ягод объелись? Хидзиро Плющ, я же предупреждал!

На лице солдата не дрогнул ни один мускул.

Тем временем двое подростков притащили мертвых сверстников.

Сержант прошелся вдоль трупов, осмотрел их.

— Отравились, — кивнул он. — Ягодами. От которых появляются синяки на теле.

— Так точно! — отчеканил Хидзиро Плющ. — Поганые места. Опасный лес. Тут все не как в наших землях. Очень опасно. Даже ягоды, вон, и те ядовитые.

Нуратаси лишь кивнул и скомандовал:

— Похоронить. Быстро! Потом — тренировка. — Живо, живо!

Солдаты подхватили трупы подростков, бросились за территорию лагеря. Они понимали, что произошло. И если сержант спустил им этот проступок, то капитан точно накажет.

Поэтому и торопились замести следы.

Киро угрюмо наблюдал за их действиями. Да, тут свои устои. И слабые здесь не выживают. Слишком жестокие правила. И все это с подачи сержанта Нуратаси. Но, вероятно, у него свое видение происходящего. Это ведь он сам одобрил вчерашнюю драку. Не явно. Он не сказал об этом открыто. Лишь намекнул старшим воинам. Да, это была проверка. И с теми, кто выживет, можно иметь дело. Значит они сильные, приспособленные. А к остальному привыкнут.

Сержант должен представлять, из каких воинов состоит его взвод. Жесток, цинично, но по-другому тут не бывает. В противном случае имперская армия не достигла бы таких высот. Киро понимал это, но не оправдывал. Ведь его сверстники — не ахиро. Они простые деревенские мальчишки. Четырнадцатилетние подростки. И требовать от них того же, чего от взрослых подготовленных мужчин — глупо. Но армия, как понял Киро, вообще жестокое явление. Имперская армия.