ЦиДо путь воина.

Но все равно кто-то из людей частично или полностью цеплял Тарсана, и проходил сквозь него, вызывая в нём приступы отвращения и неприязни. Он отвлёкся на очередного прохожего, промчавшегося сквозь него, и потерял Игната из виду. Юноша ещё не был закреплён как его ученик и, поэтому, связь с ним установить было невозможно. От этого Тарсан злился ещё больше, разыскивая Игната в толпе. Мальчишки нигде не было. Остановившись недалеко от автобусной остановки, Тарсан осматривал толпу людей. Если Игнат уехал, то найти его на этом этапе будет возможно только, вернувшись в мир альянса.

А делать это сейчас Тарсану точно не хотелось.

Размышляя, куда мог пойти упрямый глупый человеческий мальчишка, загнанный в тупиковую, в его положении, ситуацию, Тарсан всматривался в толпу.

Неожиданно, боковым зрением, он заметил знакомую фигуру. Игнат только что вышел из небольшого магазина. Юноша спустился со ступеней и осматривался, видимо решая, куда же ему теперь идти.

– Иди в парк, – мысленно приказал ему Тарсан, в нарушение всех правил.

Игнат послушно повернулся и пошёл в сторону парка, того самого, в котором они впервые встретились. Идя за парнем Тарсан мысленно указывал направление движения, спешил увести Игната подальше от людей.

Юноша сел на дальнюю скамейку, скрытую за густой растительностью парка, развернул один из пакетов, которые принёс с собой, достал из него коробку молока и батон. Отломив кусок хлеба, он осторожно отделял маленькие кусочки, запихивал их в рот и почти не жуя, глотал, запивая молоком.

После неудачного падения у Игната распухла и болела губа и, кажется, начали шататься передние верхние зубы, опасаясь того, что зубы разболятся сильнее он отламывал маленькие кусочки хлеба и почти не жуя глотал их, запивая молоком. Делал он это почти на автомате всё глубже погружался в свои мрачные мысли. Он так глубоко ушёл в себя, на автомате закидывая в рот хлеб и запивая молоком, что не сразу увидел стоящего перед ним уже примелькавшегося неизвестного, от которого он недавно убегал.

Заметив, наконец стоящую перед ним фигуру, Игнат замер, медленно поднял глаза на стоящего перед ним парня, поперхнулся молоком, закашлялся, и наклонился, выплёвывая под ноги всё то, что не успел проглотить.

– Узнал, – удовлетворённо ухмыльнулся ему Тарсан.

– Что вам от меня нужно? – прокашлявшись, спросил юноша.

– Сущий пустяк, – съязвил Тарсан. – Я делаю из тебя мастера. Ты принимаешь силу ЦиДо, и мы разбегаемся.