ЦиДо путь воина.

Игнат, постояв возле кровати, вернулся в первую половину комнаты.

– Сходи, принеси воды из колодца, – Тарсан указал на перевёрнутые ведра, стоящие у двери возле печки.

– Сколько воды нести? – спросил Игнат, беря одно ведро.

– Этого пока будет достаточно, – кивнул ему Тарсан.

Вернувшись, Игнат вдохнул запах только что затопленной печки и вспомнил, как они жили с мамой в деревне. По утрам у них в доме стоял точно такой же запах. Вскоре он наполнялся ароматами свежей выпечки, которую готовили мама или бабушка.

– Набери в чайник воды и поставь на плиту, – отдал распоряжения Тарсан, не замечая состояния юноши.

До боли знакомый звук воды, переливающейся из ведра в закопчённый и пропахший печкой чайник! Комок застрял в горле у Игната, перекрыв дыхание. Он поспешил наполнить чайник, поставил его на плиту, и вышел из дома, уйдя подальше в тень.

– Чай готов! – услышал он крик Тарсана. Опасаясь его рассердить, Игнат поспешил к колодцу, умылся, и уже успокоившись, вернулся в дом. Стол был накрыт клеёнчатой темно серой скатертью. За столом сидел Тарсан, держа в руках кружку с горячим чаем. Ещё одна кружка была налита для Игната.

– Садись, – указали ему на свободный стул и, и подвинул приоткрытую коробку с печеньем и пакет с пряниками. – Сегодня всем отдыхать, – сказал Тарсан, облокачиваясь на стенку, – А завтра как раз подходящий день, чтобы начать обучение.

– Хорошо, – кивнул Игнат, мысленно, послав всех и всё. Он вдруг неожиданно для себя презрительно сплюнул, опять же мысленно, и решил жить одним днём.

Сон долго не шёл к Игнату. Он лежал, всматриваясь в темноту и вдыхая окружающие его запахи. В печке приятно потрескивали дрова, как в далёком, и как он думал, подзабытом детстве, успокаивая и убаюкивая его.

3. Цель всегда оправдывает средства. Не так ли?

Чтоб понять, что ты сильный духом,

Нужно …

А ничего в итоге не нужно.

Просто будь собой…

(Игнат).

Странное это было утро. В открытое окно ярко светило солнце, пели птицы, жужжали насекомые. В воздухе витали ароматы весеннего леса и сырости давно необитаемого дома, смешанные с остатками дыма от потухшей печки, внутри которой тлели угольки. И было очень тихо.

После шума стройки и города, только что проснувшемуся Игнату казалось, что он будто оглох и не оглох одновременно.