ЦиДо путь воина.

С ножом обращаться его ещё дедушка научил. Когда-то он был знаменитым на всю деревню резчиком по дереву. Но, после смерти дедушки, Игнат забросил резьбу по дереву. И вдруг, сейчас, нарезая морковь, его руки будто сами, отдельно от него, вспоминая уроки старика, нарезали морковь тонкими полосками, а в голове звучали слова дедушки: «Ты нож то, внучек, ровнее держи. Вот так. И лезвие вдоль дерева веди. Так же проще. Вот – молодец!» И руки Игната, будто сами по себе, послушно нарезали тонкие идеально ровные полоски моркови.

– Неплохо, – неожиданно услышал он похвалу, и, смутившись, покраснел.

– У вас нож очень хороший, острый. Он сам режет, мне и делать то ничего не надо, – будто извиняясь, произнёс Игнат, пожимая плечами.

– Обед готов, – произнёс, улыбаясь, Тарсан, накрыл кастрюлю крышкой и поставил её на край печи. Он посмотрел на Игната. Юноша сидел возле стола, наблюдая за происходящим ожидая новых распоряжений. Тарсан посмотрел на часы у себя на руке.

– Почти двенадцать дня, – произнёс он ухмыляясь.

– Могло быть и хуже. Он пристально посмотрел на Игната – Идём на улицу! – сказал он, и первым вышел из дома.

Яркое, полуденное, весеннее солнце ласково пригревало. В воздухе пахло пробуждающейся природой. Проснувшиеся насекомые, пролетая мимо, приятно жужжали.

Выйдя на улицу, Игнат с нескрываемым наслаждением вдохнул свежий горный воздух. Тарсан торопливо направился за угол, скрылся в небольшом сарае позади дома, и вышел оттуда, неся в руке копьё.

Игнат обомлел, увидев оружие. Оно было, как в кино, длинное с блестящим острым металлическим наконечником с одного конца, и металлической окантовкой с другого. Игнат как-то видел по телевизору фильм. Там невысокий воин ловко крутил в руках похожее копье, отбиваясь от нападавших на него врагов.

Судя по тому, как Тарсан это копье держал, делал он это явно не в первый раз. Мужчина, не обращая внимания на Игната, вышел на середину двора, взял копье обеими руками и вытянул их перед собой, держа оружие горизонтально.

Затем он закрыл глаза, и стал медленно вращать копье, меняя положение рук, ног и тела, выполняя странные и завораживающие движения, будто двигался в медленном танце, смешанном с элементами гимнастики.

– ЦиДо, – голос Тарсана, прозвучал, будто из глубины грудной клетки. – Это великая сила, дающая тебе всё, что ты только пожелаешь. Кончик копья, как показалось Игнату, вдруг засветился. Нет, он действительно светился.