ЦиДо путь воина.

От этой мысли Игнат замер, растерявшись, и стал высматривать Тарсана, успевшего скрыться за калиткой, и возможно войти в дом. Ещё раз осмотревшись, Игнат пошёл в сторону дома. Войдя в дом, он огляделся. Тарсана нигде не было. Это было вполне привычно. Он всегда исчезал внезапно, и так же внезапно мог появиться, нередко заставляя Игната вздрагивать от неожиданности. Сейчас он был рад, что Тарсана нет. Он накрыл себе на стол, раздул угли в печке, поставил на плиту чайник. Дрова в печи приятно потрескивали. Не спеша, поев, Игнат позволил себе расслабиться.

Он сидел за столом с кружкой чая, облокотившись на стенку и вытянув ноги. Вспомнив, как он возвратил жизнь в мёртвое яйцо, Игнат усмехнулся. Сейчас, сидя за столом с кружкой горячего чая, происшествие в лесу и рассказ Тарсана, казался ему странным сном.

На глаза юноше попалась полочка, прибитая сбоку от двери, на которой лежала диковинная крылатая ящерица, именуемая Тарсаном «дракон». Игнат встал, подошёл к полочке, взял ящерицу, точнее дракона, в руки и вернулся к столу, сев на прежнее место.

Рассматривая и удивляясь своей поделке, Игнат не спеша пил чай. Ему показалось, что на спине дракона осела пыль. Поднеся фигурку поближе к глазам, он придирчиво её осмотрел. Пыли он не обнаружил, но на всякий случай подул на поделку. Из его рта снова появился странный белый пар, превращаясь в сверкающие блёстки. Они дождём осыпались на деревянную фигурку дракона, покрывая его полностью и впитываясь в дерево. Дракон, в руках изумлённого Игната, шевельнулся, медленно расправляя крылья и поворачивая длинную шею.

– АААААААААААА! – заорал Игнат, вскакивая и роняя дракона на стол. – Юноша отбежал к двери. – Тарсааааааааааааан!!! – заорал он так, что голос отразился эхом.

– В чем дело? – Тарсан возник посреди комнаты, грозно посмотрев на Игната.

– Я...я...ящерица,– запинаясь, произнёс Игнат, указывая на стол.

– Сколько раз тебе повторять, – проворчал Тарсан. – Это не ящерица. Это дракон! И кто тебя учил живность на столе держать? – брезгливо передёрнул плечами Тарсан.

– Он живой! – возмутился Игнат, реакции Тарсана, ожидая от него защиты и поддержки, а не нападения.

– Глупый мальчишка, – ворчал Тарсан, подходя к столу, беря двумя пальцами дракона и опуская того на пол. – Тебя, что, теперь как ребёнка, одного оставлять нельзя?

– Он, что, правда, живой? – Игнат отошёл подальше к двери, готовый в случае чего, сразу бежать на улицу. – Он же деревянный был. Я же сам его и сделал.