Обретая Силу

— Тэкрит, — ответила на мой невысказанный вопрос Кейхас, указывая на большие каменные стены, которые, казалось, вырисовывались из ниоткуда. — Говорят, когда-то на этом месте стоял город одного из великих кланов, Этэла, что распался в незапамятные времена под натиском орды зверолюдов. Те тогда мало чем отличались от диких зверей, разве что были яростнее и сильнее. Наш и другие местные кланы в те времена были его побочными ветвями.

История о былых временах была увлекательной. Глядя на высоченную, в добрый пяток чжанов стену, легко верилось, что она воздвигнута в древние времена и наверняка кем-то одарённым Землёй.

— Потрясающе! — наконец, высказался я, рассматривая маленькие фигурки людей наверху.

— Живее! Чего замерли? — проворчал Комацу. — До темна хотелось бы посетить баньку.

С момента, как увидели стены и добрались до них, прошло ещё два часа. Это Кейхас меня просветила, что в их землях и тех, что лежат дальше на север, не принято мерить расстояние и высоту в шагах и ростах, а время во вздохах.

А тех, кто так делает, считают дикарями и смотрят на них свысока. Хорошо хоть, у них те же десять месяцев, по пятьдесят дней в каждом, что делятся на пять десятичных недель.

Кейхас всё это время не переставала говорить, задавая вопрос за вопросом. Она уже успела подружиться с Зормой, скормив той ядро зверя.

Спустя время я привык к ней и её манере, и понемногу расслабился, жадно черпая новые знания, которые та вываливала на меня мимоходом, наверно, и не догадываясь, что половина слов и понятий не известна в нашей глуши.

— Кейхас, раз свела дружбу с Акаратом, проводишь его в школу и покажешь, где остановиться.

— Да, наставник, — склонилась девушка, сложив перед собой руки.

Мы вместе подошли к стене, и я обомлел: ворот не было. В то время как Комацу и Кейхас наверняка почти без усилий могут запрыгнуть наверх, мне такое не доступно.

Уже собирался спросить, как они собираются попасть внутрь, как вдруг в сплошном камне проступил контур дверного проёма.

Мгновение спустя плита без единого звука погрузилась в землю, оставив проход, достаточно высокий и широкий, чтобы мы прошли в деревню.

Хотя «деревня» — не совсем походящее слово; скорее, крупный посёлок. Сотни жителей, снующие по своим делам. Мощёные улицы, мосты, цветущие и плодоносящие деревья. Как им удалось этого достичь посреди враждебной пустыни? Кейхас лишь отмахнулась, что-то пробурчав про формации и массивы.

— Ладно, парень, я иду в баню.