Волчий Рубин

Может, жив всё-таки? Парень, недолго думая, вытащил из своего вещмешка верёвку и сноровисто связал раненому руки за спиной. Хоть тот ранен и без сознания, но, вспоминая меткие стрелы и стремительные движения противника, не грех было перестраховаться.

Ополченец и оборотень лежали, переплетясь в последних смертельных объятиях. Альберто серебро насильно вернуло в человеческий облик, две стрелы торчали из трупа, а на боку багровел не успевший зажить порез от простого стального ножа. Влад попытался нащупать биение пульса, хотя сразу понял, что товарищ по оружию мёртв окончательно.

Его последнему противнику, правда, это не помогло. Оборотень в последнем броске сумел сомкнуть клыки на шее солдата раньше, чем стрелы настигли его самого.

Парень почувствовал, как в горле собирается комок, он кое-как оттащил тело Альберто в сторону (оборотень оказался на редкость тяжёл), уложил под деревом, аккуратно вытащил стрелы и отбросил в сторону.

-Спи спокойно, друг.

От скорбных мыслей Влада отвлёк шорох и сдерживаемое постанывание.

Пленник пытался принять сидячее положение, но с такими ранениями ему еле получалось двигаться, да и связанные руки мешали. Однако мальчишке всё же удалось кое-как опереться спиной на ближайший дуб. Он тяжело, с присвистом дышал. Взгляд исподлобья обжёг нескрываемой ненавистью. Комольцев почувствовал, что в душе борются два противоречивых чувства: с одной стороны, желание прикончить врага, а с другой, как ни удивительно, сочувствие.

-Очухался? – спросил он нарочито грозным тоном.

Лучник промолчал.

А Влад понял, что не знает, что дальше делать. Убить? Жалко. Да и раньше надо было это делать, а не вязать. Допрашивать? Так неизвестно, о чём. К Конраду вести? Дорогу без проводника не найти. «Глупая ситуация. На редкость. И молчать вот так тоже бессмысленно».

-Как тебя зовут хоть?

Мальчишка только скривил губы, но вновь не произнёс ни слова.

-В героя, значит, играть будем? – Влад потихоньку начинал злиться.

-Я знаю, кого я теперь ненавижу больше нечисти, – голос пленника сочился презрением.

– Тех, кто воюет на их стороне, забыв о собственной природе. Это такие, как ты, хуже зверей, лизоблюды оборотневы!

«Смелый, но глупый. Или специально нарывается», - отметил про себя Влад, а вслух сказал:

-Оборотни не такие монстры, какими их представляют инквизиторы. Они помогли мне, когда я в том нуждался.

Мальчишка хмыкнул, отведя глаза в сторону.

«Молодой ведь совсем, жизни ещё не видел, а уже такой фанатизм во взоре.