Высокие стены

Красные глаза, переполненный ненавистью и жаждой крови оскал, согнутые словно когти и постоянно подергивающиеся пальцы и тихий рык, скорее похожий на бульканье нахлебавшегося воды утопленника.

Когда тварь шагнула ко мне, я, приложив немало силы, вырвал себя из оцепенения страхом и преодолевая противление сковавшей тело магии, выставил руку в сторону врага. Еще одна попытка влить сырую магию в начертанную на руке рунную «Стрелу огня» и на этот раз успешная. Излившаяся из накопителя сила не исчезла в никуда, а устремилась в указанном волей мага направлении… но в последний момент она резко изменила свой путь на противоположный и влилась во что-то иное.

А следом, подчиняясь чужой куда более сильной воле, в том же направлении потекла и остальная энергия из стремительно пустеющего кристалла. Я с трудом скосил свой взгляд на прицепившуюся к плечу белую тряпицу в которую вливалась сырая сила и распознав лишь часть рунного рисунка… задержал дыхание от ужаса, стремительно осознавая свою участь.

«- Узор подношения плоти! Откуда у этого дознавателя…?» - не додумав эту мысль, я дернулся всем телом, а потом и рукой, пытаясь сдернуть с себя эту, уже наполнившуюся энергией жуткую тряпицу. После третьей безуспешной попытки наконец-то вспомнил, что этот ритуал абсолютно безопасен для живых. Не расслабляясь, перевел взгляд на когда-то успевшую упасть на пол и корчащуюся от боли тварь. Даже успел порадоваться такому зрелищу… А потом я почувствовал как нечто холодное сжало мое сердце и раздавило его, словно сгнивший плод.

Раздавило без жалости, обрывая мой жизненный путь.

Именно так закончилась жизнь вора, мастера рун и опытного взломщика магических защит. Жизнь которая, по наивности своей, решилась встать на пути у самой смерти.

******* (Конец отступления. «Неизвестный».)

Я не прошел и нескольких шагов, а разрывающая грудь боль уже вновь опустила меня на колени. Вот только теперь надежды на избавление уже не было. Смерть вновь обошла меня стороной, на этот раз сыграв со мной даже слишком грязно.

Хотя… я наверное тоже в этой ситуации был не прав. Нельзя было действовать так грубо и столь прямолинейно, ища свой конец. Стоило бы задуматься заранее о том, что моя стихия этого не одобрит. А теперь за мою глупость и наивность вновь расплачивается кто-то другой. Хотя, жалости конкретно к этому вору у меня не было ни на грамм. А никому иному лезть ко мне в квартиру было попросту незачем.