Падение летающего города 1. Путь Самирана

Открыв глаза, я поднялся:

— Здесь.

— Что? — удивился стражник. — А где тебе ещё быть?

— А я же говорю, он одержимый, — вмешалась женщина в вуали. — Ему не место среди нас.

Стражник поманил меня пальцем к барьеру:

— К тебе родители, грязный колдун.

— Ах, он ещё и грязный? — воскликнула женщина. — Такой молодой? Теперь я точно пожалуюсь, что вы меня держите рядом с ним.

— Уважаемая, — повысил голос стражник. — Отойдите от перегородки!

Моя сокамерница утихла и отошла.

К барьеру подошли двое.

Красивая женщина с высокой причёской вьющихся тёмно-коричневых волос.

Одета в тунику из лёгкой ткани, обута в сандалии с высокой шнуровкой. На вид ей лет тридцать, стройная, длинноногая. Не верилось, что у неё пятнадцатилетний сын. И этот сын — я.

Мужчина оказался менее изящным: толстоватый, лысоватый, при этом буквально запакован в шубу из белого меха. Ему не хватало чёрных очков и трости с брильянтовым набалдашником, чтобы походить на сутенёра из американских комедий того времени, когда над неграми ещё можно было шутить.

— Бедненький мой мальчик, — сказала мама Самирана.

Её тёплая ладонь легла на мою щёку. Вторая ладонь — на шею. Я мгновенно ощутил пульсацию тёплой энергии, расходящуюся от её рук по моему телу.

Мать отдёрнула руки и воскликнула:

— Они тебя били?

— Немного.

Мать развернулась к стражнику:

— Какое моральное право вы имели бить моего сына?

Стражник изумился:

— Госпожа, между нами непонимание. Никто его не пальцем не тронул. Уважаемый страж Илиин поймал Самирана на грязном колдовстве.

У нас всё по закону, есть все доказательства и свидетельства потерпевших.

— В теле моего сына следы сильных повреждений и неумелого лечения озарением «Мягкие Руки», — заявила мама Самирана.

— Госпожа, ваши ветреные обвинения могут пойти вам во вред. Мы честные стражи, мы не бьём прирождённых жителей Дивии. И вообще, сначала докажите, что стражник Прямого Пути нанёс ему какие-либо увечья.

— М-м-м мама, всё нормально, — осмелился сказать я. Хотя от слова «мама» меня чуть не вывернуло.

— Да, Мада, путь с ними, — сказал вдруг отец. — Грязное колдовство — серьёзное обвинение для мальчика. Оно отразится на нас. Самиран только-только встал на свой Путь, ещё не выбрал даже родовое имя, а уже наступил в дерьмо.

Мама Самирана с высокомерием посмотрела на папу:

— Не знаю, как грязное колдовство сына отразится на твоём садоводстве, но на моём пути целительницы уже отразилось. Люди скажут, что я создаю кристаллы, воруя грани у мёртвых.