Не словом единым

Верую в Эльрата, дыханием своим дарующему жизнь. Верую в Первое крещение для прощения грехов и отступи от мрака Бездны адовой.

Верую сердцем и душой, кои и отдаю на суд Его и положу на алтарь ради Веры Его.

Аминь.

Первые несколько секунд ничего не происходило, а может и происходило. Глаза то я закрыл, когда начал читать молитву и ничего не видел. Зато слышал.

Услышал болезненный вскрик и злобное шипение. Открыл глаза и поднял голову, продолжая читать. Правда едва не сбился, когда увидел то, что вызвало злобное шипение у вампирши.

Прямо передо мною, стоявшим на коленях, в воздухе, отделяя меня от девочки-монстра, сиял серебристый крест. Большой такой крест. Не меньше метра в высоту. Он был словно соткан из лунного света, и его сияние было ярче ночного светила. Слабо светился и мой крест, брошенный Марой на землю. Кстати, земля под моим крестом исходила черным дымом. Видимо полянка и дом были не совсем «чистыми».

Вампира неслабо так корежило под магическим светом, что исходил от созданного мною креста.

Слова плавным речитативом лились из моих уст, и с каждым следующим сияние становилось ярче, а лицо монстра перекашивали боль и злоба. При этом она, испытывая наверняка адские муки, не сбегала, а шипела и прикрывала обгоревшими руками свое лицо.

Я бросил взгляд на темного, который все так же стоял у деревьев и с улыбочкой наблюдал за происходящим. Его явно забавлял наш поединок с вампиршей. Хотя трудно назвать поединком действо, когда один из противников стоит на коленях, а другой по силе значительно превосходит своего оппонента.

Но все же, как мне кажется, я брал вверх над вампиром.

Мара уже не просто шипела и строила гримасы, она начала подвизгивать и подвывать, а спустя пару секунд, после того как сияние идущее от креста стало белым, заорала и рванула к дому. Вот только убежать ей не позволили.

Кто? В душе не рыбачу!

Я продолжал декламировать текст, что возникал у меня в голове, повысив твердость и громкость голоса. Встал с колен и с неподдельным интересом смотрел, как свет образовал яркий кокон, внутри которого билась вампирша и при этом сгорала, исходя черным дымом.

Ее кожа трескалась и сползала с плоти рваными кусками.

Вой и стенания клыкастого монстра закончились через минуту. Кокон исчез, а от Мары осталась лишь небольшая горстка серого пепла.

Я наклонился поднял крест с земли и повесил его на шею.

- Неплохо получилось, - мужик пару раз хлопнул в ладоши и одобрительно качнул головой.