Ты двоечник, Агдам!

Ты чужак. Тебя никто не возьмёт даже с рекомендацией школы. Можешь в монастырь податься, там научат из глины посуду лепить.

– В монастырь?

– Да. Только там работать будешь чисто за еду.

– Знаешь, перспектива работать грузчиком на фоне монастыря выглядит более заманчивой. А монастырь мужской или женский?

– Размечтался. Оба есть, но каждый сам по себе.

– Жаль. Слушай, а почему охотникам нужна рекомендация школы?

– Часто получается так, что они вместо козлов охотятся друг на друга и все в команде должны хорошо владеть оружием.

– Не радостная перспектива. Ну, а ты чем занимаешься?

– Кручусь, как могу.

– Это я понял, а конкретнее? С монастыря ты ушёл, как я понял?

– Ушёл. Только не с монастыря, а с приюта при монастыре. У меня не было желания лепить всю жизнь посуду за тарелку супа.

– Чем ты сейчас занимаешься?

– Всем понемногу.

– Видимо, у тебя не очень получается крутиться. Если ты задолжал поварихе и выбивателям долгов.

– Это временные трудности.

– Похоже, у меня тоже временные трудности.

– А ты оптимист.

– На себя посмотри.

Видно, что жизнь его не баловала. Одежда старая, видавшая виды. Обувь далеко не в лучшем состоянии. Чем занимается – не хочет говорить. Наверняка что-то незаконное. Впрочем, он мне здорово помог, и мне всё равно, чем он занимается. Меня больше волновало, чем мне заняться и как заработать на кусок хлеба. Никаких идей на этот счёт не возникало. За исключением варианта идти в грузчики, но этот вариант мне совсем не нравился.

Заработок придётся отбирать у бедолаг, которые не заслуживали быть избитыми и честно его заработали. Впрочем, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Кстати, насчёт монастыря нужно подумать. Вдруг в женский монастырь возьмут ночным сторожем? Накормят, напоят, спать уложат и глиняную посуду заставят лепить. Огго в чём-то прав, мрачная перспектива. Посмотрел на него. Завтра нужно всё выяснить про монастырь. Сейчас он уже спал. Прилёг рядом, подложив сумку под голову, и тоже уснул.

Проснувшись утром, не обнаружил рядом Огго. Сумка находилась на месте, и больше по привычке проверил на месте нога козла или нет. Он, конечно, не дракон, но кто его знает. Завтракая, понял, что зря опасаюсь. Никто не станет прикасаться к сумке. Здесь все боялись трогать вещи магов. Нужно решать, что мне дальше делать.

Огго не было и спросить про монастырь не у кого. Ладно, если гора не идёт к Магомеду, значит Магомед идёт к горе.