#Бояръ-Аниме. Кодекс Бога

— Но ты уже владеешь Силой, зачем тебе неинициированный соперник?

Колеблюсь буквально пару секунд, а затем совершаю очередную глупость: признаюсь, что в Храме мне не покорился даже Покров, не говоря уже о сотворении примитивного меча или кинжала.

— То есть, твой Дар бесполезен?! — спрашивает обалдевший Андрей.

— Спецэффект, не более, — подтверждаю я и мои глаза вспыхивают. — Только напугать могу!

— Тьма меня забери! — восклицает Андрей. — Может, последствия самостоятельной Инициации?

— Не знаю, — неуверенно отвечаю я.

— Даже Великий Князь теряется в догадках!

— Интересно, как пройдет моя Инициация? — задает риторический вопрос Андрей. — Ты же знаешь историю Воронцова?

— Да, Ольга мне рассказала…

— До смерти брата Воронцова не была шлюхой, — говорит Андрей с горечью в голосе. — А после решила, что ее ждет то же самое, и берет от жизни все…

— Ты все еще ее любишь?

— А ты любишь мою сестру?!

— Не знаю, — честно отвечаю я.

— А я Воронцову презираю!

Мы замолкаем, и каждый думает о своем. Андрей — о будущей свадьбе с некогда любимой, а теперь презираемой девушкой, а я — о том, что совершенно не знаю Ольгу и даже предположить не могу, что на самом деле творится в ее душе.

Остается лишь надеяться, что рано или поздно мы встретимся и поговорим.

— Думаю, что соплей на сегодня достаточно! — заявляю я и вскакиваю с дивана. — Снимай этот дерьмовый костюм!

— Очень романтичное соблазнение! — с сарказмом говорит Трубецкой и притворно хохочет.

— Не волнуйся, у меня на тебя не встанет! Надевай мою майку и джинсы — видеть тебя в этом блестящем дерьме не могу!

— Сказал мне парень в фиолетовом банном халате!

— Я тоже переодеваюсь и валим отсюда! — я показываю рукой на окно, за которым простирается огромный город, и решительно иду к шкафу.

— Ты же наверняка знаток элитных злачных мест Москвы?!

— По борделям я не ходок! — Андрей отрицательно качает головой. — За этим к Апраксину обратись!

— Я — тоже, и в этом мы с тобой сходимся! — усмехаюсь я. — Где в Москве тусуются молодые Темные?!

Глава 4 - Темный авантюризм

Наш лимузин мчит по Камер-Коллежскому валу, и я жадно рассматриваю самый опасный район Москвы сквозь бронированное стекло.

Многочисленные сомнительные заведения зазывают гуляк ярко освещенными фасадами, но здесь не стоит появляться даже при свете дня, не говоря уже о темной ночи.

Отворачиваюсь от окна и утопаю в мягком кожаном сидении. Трубецкой развалился рядом, закрыв глаза: обитель разврата столицы его не интересует.