Путь Могучего

— Ты тратишь свои ресурсы на то, что могут взять на себя рефлексы. В таком случае твои возможности очень сильно увеличатся. Мозг можно будет задействовать на общую тактику боя, обнаружение остальных противников и на другие подобные задачи. Понимаешь?

— Пока не очень, — ответил я и взял кофе, сделанный машиной для меня. — Но я обязательно пойму.

— Хорошо, — проговорил Святояр. — Тогда сегодня медитация и подчинение собственного тела.

Почему-то именно в этот момент мне показалось важным рассказать о том, что произошло вчера вечером.

— Я вскрыл Тайнопись, — проговорил я без лишних предисловий. — У меня даже живоглот с плеча свалился.

— Разочаровался? — усмехнулся трибунал, внимательно глядя мне в глаза.

— По большей части — да, — ответил я, анализируя свои чувства от вчерашнего открытия. — Мне казалось, что это должно было быть нечто грандиозное: ключ от другой вселенной, знания всего человечества, исполнитель любого желания, бесконечный золотой запас, источник вечной молодости, что угодно, но не.

— Ты знаешь, что такое тайнопись? — спросил он и тут же поправился. — Что вообще обозначает это слово, я имею в виду?

— Ну... шифр, — ответил я, вспоминая, что мы уже беседовали на подобную тему. — К которому нужен ключ. Там были руны, но я прикоснулся к артефакту сознанием и смог их расшифровать.

— Н-да? — Святояр даже усмехнулся, глядя на меня. — Будь добр, дай мне, пожалуйста, словарик.

Я поднялся, чтобы взять с книжной полки словарь, но трибунал покачал головой.

— Нет, давай так. Ты же телекинетик! Возьми её с полки силой мысли! — и тон у него был такой, что я не мог понять, он надо мной смеётся или говорит всерьёз.

Мне почему-то даже не приходило в голову заниматься подобным, хотя весь мой род по отцу — телекинетики. Но всё, что я помню, а также всё, что есть в памяти тела, говорит о моей несостоятельности в управлении предметами силой мысли.

— Но я вроде как недосилок, — усмехнулся я и тут же вспомнил струю пламени из собственной руки, которую помог мне сделать «преобразователь магии стандартный». — Хотя...

Поставив пальцы так, словно беру книгу, я прицелился, чтобы взять словарь, но, кажется, промахнулся, потому что пошевелилась другая книга.

— Это делается не глазами, — усмехнулся Святояр, которого, судя по всему, забавляли мои потуги. — Это делается сознанием.