Путь Могучего

Сразу же дали халат, сказали, что Алексей Сергеевич ждёт меня после того, как я посещу пациентов. У меня создалось впечатление, что я приехал в гости к друзьям, которые меня очень сильно ждут.

Когда я постучался в палату к Воронцову, это чувство только усилилось.

— Входите, — чуть ли не пропел Владимир Юрьевич, а когда я вошёл внутрь, расплылся в дружелюбной улыбке. — Руслан, дорогой мой, как я рад вас видеть! Хотя, кажется, вчера мы уже перешли на «ты»? Как себя чувствует ваша сестра?

Он буквально засыпал меня вопросами, но я видел, что его действительно волнует ответ и это не простая формальность.

— Вероника в порядке, — сказал я, присаживаясь на кресло, в котором, видимо, много времени проводил сам Пирогов, слишком уж хозяйское оно было. — На «ты» будет отлично. И я тоже рад вас видеть. Пока ездил домой и разбирался кое с какими делами, пришло в голову множество идей, которые мы сможем с вами обсудить.

— Конечно-конечно, — кивнул он, а затем вынул из тумбочки небольшой цилиндр, светившийся жёлтым искрящимся светом, а внутри него словно плавали крохотные монетки.

— Но для начала я хотел бы вручить вам вот эту вещь.

— Что это? — спросил я, принимая неведомый артефакт и рассматривая его перед глазами. — Источник питания чего-то?

— О, нет-нет, — взмахнул рукой Воронцов. — Всё гораздо прозаичнее. Это ключ-пароль от счёта в Банке Москвы на твоё имя. На нём сто тысяч золотых. В такую сумму я оценил свою дальнейшую жизнь.

Я хотел вернуть ему цилиндр, потому что не считал эти деньги своими.

— Даже не надейтесь, — проговорил он с мягкой улыбкой. — Эти деньги ваши. Тем более, что туда же уже обещали добавить Пироговы. В наш суровый век мужчине нужны деньги. Приоденься, купи машину, не поедешь же ты на бал на мотоцикле, а? Найми больше прислуги. Какие у тебя ещё проблемы?

— Мне через две недели надо сдать материал за половину четвёртого курса академии магии, — ответил я, вспоминая, какие у меня есть реальные проблемы.

— Ну вот, заплати кому-нибудь, чтобы сделали работу за тебя, — проговорил Владимир Юрьевич и хитро прищурился.

— Или вообще по-другому поступим. Кто у вас там декан? Николай Степанович? — я кивнул, с интересом глядя на явно что-то замыслившего Воронцова. — Давай я ему позвоню, и он тебе всё автоматом поставит, а?

— Не надо, — ответил я, не зная, можно ли серьёзно относиться к его словам. — Я сам всё выучу и сам всё сдам. Пускай, немного в ущерб сну, но у меня есть две недели, чтобы подготовиться.