Путь Могучего

Возможно, ваш отец решил, что справится сам и предоставит жениху совершенно здоровую невесту. Но прогадал, обратившись к дорогому Луке.

Он замолчал, продолжая смотреть в окно на резвящихся на водной глади уточек. Видимо, собственные размышления завели его далеко-далеко.

— Но это не отменяет того факта, что опухоль сделана кем-то из его рода, так? — уточнил я, стараясь прояснить ситуацию. — И то, что Василий Иванович не взял на себя заботы по излечению собственной невесты тоже. Правильно я говорю?

— Совершенно верно вы говорите, — находясь всё в той же задумчивости, проговорил Алексей Сергеевич.

— Но для того, чтобы поставить точку, я бы пообщался с Юрьевским лично. Если он виновен, правды не скажет, но это будет видно. А пока... — он посмотрел на меня в упор, — что вы говорили, произошло лично у вас?

— Аневризма головного мозга, — ответил я на автомате, даже не подумав о том, что мой ответ может привести к непредсказуемым последствиям. — Сосуд лопнул.

— Любопытно-любопытно, — промурлыкал вдруг Пирогов, весь обратившийся в огромного кота, предвкушающего угощение.

— А разрешите я вас на аппарате посмотрю?

Я подумал, что если это как-то может помочь сестре, то непременно. Пусть смотрит, выясняет, сопоставляет факты и находит причины.

— Конечно, — я кивнул головой и слегка улыбнулся. — Если это мне не сильно повредит.

— Это вам вообще никак не повредит, — направившись к двери, проговорил Алексей Сергеевич. — Разве что... — он остановился и обернулся ко мне. — Многие знания, многие печали, как говорили древние.

Скорее всего, нам не понравится информация, которую мы узнаем.

* * *

Обследование заняло полчаса. Пирогов в эти минуты оказался совсем не разговорчив. Он внимательно следил за показаниями приборов и за тем, чтобы все данные снимались чётко и ясно.

Я же в это время занялся чем-то близким к утренней медитации. Понимая, что одного раза остановиться не хватит, я решил делать это периодически. Но мне было неведомо, когда в следующий раз у меня выдастся минутка, чтобы настроить себя на нужный лад, поэтому я сделал это прямо на кровати, подключённый всевозможными датчиками к хитрому аппарату.

Но на этот раз всё вышло иначе. По большому счёту сосредоточиться на собственных чувствах и мыслях мне не дала ситуация с сестрой. И, чем больше я о ней думал, тем больше у меня появлялось вопросов. К тому же приходилось учитывать, что начало всему было положено задолго до того, как Вероника попала в больницу.