Матабар III

Его разум, все еще открытый поступи холода, звонко вышагивающего где-то над их головами, уловил голоса.

Десятки голосов. Маленьких детей. Сперва смешливые, они звали своих матерей. Кутались в тепло, а матери обнимали их, обещая подарить все на свете, включая свои собственные жизнь и сердце. А затем эти голоса изменились. Они все еще звали матерей, но вместо их тепла, их сильных, но мягких объятий, им отвечала лишь боль. Боль и отчаяние, а в самый последний момент - осознание, что мама не придет. Никто не придет. Только тьма и агония.

Ардан, задыхаясь от той боли, что струилась по воздуху в этом зале, сжался в комок.

- Стажер! - откуда-то издалека послышался встревоженный крик Милара. - Стажер, что с тобой?!

Здоровенный обломок стены выпал из-под разбитой стальной обшивки и, сломав ящики, в тишине покатился куда-то в сторону. А на пол вываливались тела. Изувеченные, с искаженными от ужаса лицами, обнаженные и растерзанные. С выколотыми глазами, с разломанными ногами, с вырезанными символами на маленьких головах.

- Они научили меня, как услышать слова… и я должна была услышать боль детей… чтобы стать сильнее… я слушала их боль и становилась сильнее…

Ардану казалось, что он не может дышать. Что мир вокруг схватил его за горло и душил, крутил и сминал тем океаном ужаса и агонии, что обрушились на него.

- Стажер, мать твою! - все дальше и дальше звучал голос Милара.

- Но вы, проклятые нелюди, ничего от меня не узнаете, - а голос Вселены лишь ближе. - Я вам ничего не скажу.

Ардан повернулся к ней и увидел не девушку, а жуткого монстра в котором не осталось ничего человеческого.

И этот монстр, распахнув пасть, с мычанием и криком откусил свой собственный язык.

- Проклятье!

Сквозь туман Ард увидел, как Милар бросился к ней и принялся затыкать ладонью рану, но Вселена мотала головой и брыкалась из последних сил, чтобы не дать капитану себя спасти.

Не потому, что капитан стремился сохранить жизнь детоубийцы. А потому, что им требовалась информация.

Ардан, тяжело дыша, поднялся на ноги.

Он подошел к ним и, удивляясь тому, как легок Милар, оттолкнул того в сторону, а затем схватил монстра за горло и поднял над землей. Трепещущую. Глупую. Такую незначительную.

Она била своими отростками о его лапы. И её желтые, полные алчности глаза излучали лишь грязь и гниль.

Она не призывала демона.

Она сама им стала.

Тем, кого охотник, вожак своей стаи, был обязан истреблять. Таков его долг. Ни один демон или Бездомный не нарушит границ его земель.