Матабар III

Все битком забито маревом алых и редкими точками зеленых плащей.

- Иолай позаботился, - шепнул ему на ухо Бажен. - Хочет, чтобы все увидели, как его человек тебя унизит.

- Унизит? - не понял Ардан.

- В дуэли одолеет, - чуть ошарашенно пояснил Иорский.

- А что в этом такого унизительного? - все еще не понимал Арди. - Мы ведь все учимся.

Бажен склонил голову и посмотрел на Арди с немного странным прищуром, словно пытался разобраться, серьезно тот говорил или нет.

- Странный ты, все же, полукровка, Эгобар, - вынес он свой вердикт и направился к бортику.

Арди лишь пожал плечами. В Алькаде он частенько сходился в поединках с подрастающими рысями, медвежатами, волками и, даже, пару раз, по указу Эргара, бился с барсами.

И количество побед мог пересчитать по пальцам, а вот поражения на долгие пути Духа Дня оставались кровавыми следами на его шкуре. Но никто не считал поражение в битве детенышей - унизительным. Наоборот - не важно, кто побеждал. Полноправные охотники ценили и уважали не сам бой, а проявленный в нем дух.

Но, видимо, у людей немного иные уклады. В конечном счете Ардан, если не считать фарса с Глебом Давосом; точно такого же - с Иолаем Агровым и полковником Кштовским; впервые участвовал в настоящей магической дуэли.

Кстати о полковнике.

Всеслав Кштовский, как и всегда - с непримечательным, круглым, гладко выбритым лицом и в непритязательном костюме-тройке, поверх которого носил розовый плащ пятой звезды, стоял в центре площадки.

Ардан, скосив взгляд на погоны, с улыбкой для себя отметил сходство в их количестве лучей.

С другой стороны Гранд Магистр Аверский с семью, дважды восьмью, девятью, тремя и двумя лучами пусть и проигрывал в пятой звезде, но два луча в шестой означали, что он имел возможность использовать заклинания, требующие шесть Звезд, а вот Кштовский - нет. И здесь не помогли бы ни накопители, ни какие-то артефакты, ни что-либо еще.

Маг мог использовать лишь столько лучей и Звезд в печатях, сколькими обладал сам.

- Учащийся Иорский, поторопите вашего подопечного, - прогудел спокойный, даже мягкий бас Кштовского. - А то, он кажется, сейчас передумает.

Некоторые из учащихся сдержано засмеялись, остальные же и вовсе, пока что, не обращали внимания на происходящее, а зарылись носами в собственные гримуары и записи лекций.