Ян и Инь 3. Свой, среди чужих

Монгол скривился от удара и попытался ударить меня лбом. Сравнивать, чья голова крепче, я не стал. Пришлось отпустить его руку, чтобы увернуться от удара. Но так быстро сдавать свои позиции я не собирался. Поэтому, пользуясь тем, что он слегка потерял равновесие, я пнул его в колено. Будь на мне сапоги, уверен, что без труда бы его ему сломал. А так, он припал на одну ногу, оказавшись ко мне боком.

Следующий удар моего кулака пришёлся ему в ухо, ненадолго дезориентировал. А дальше я принялся бить его по голове, не особо выбирая место.

Вялый взмах мечом был перехвачен без особых сложностей, и оказался на земле. Спустя пару секунд, там же оказался и залитый кровью и уже почти не оказывающий сопротивления монгол.

— Довольно! Хватит! — раздался голос главного монгола. — Рус, прекрати!

Я перестал вбивать окровавленные кулаки в тело противника и поднял на него взгляд. Судя по его прищуренным глазам и гуляющим желвакам, он был готов кинуться на меня в любую секунду. Но почему-то не делал этого.

Взгляд монгола на мгновение переместился на избитое тело у моих ног и вернулся обратно. Хм, интересно.

— А то что? — я не удержался и решил подёргать тигра за усы. Хотя, какой он тигр? Так, котёнок, по сравнению с действительно сильными воинами, с которыми мне пришлось встретиться за свою, пока-что не очень длинную, жизнь.

— Иначе, после его смерти, ты последуешь за ним, — ответил монгол, и было видно, что он не шутил. — И они тоже, — он ткнул пальцев в стоящих за моей спиной баб, детей и… Акамира.

Что-то мне подсказало, что так и будет. Горячка боя схлынула, и сил почти не осталось. Даже просто стоять было тяжело, не говоря уже о ещё одном сражении. Но и отступить сейчас, значит показать свою слабость. Так что надо, пользуясь моментом, попробовать выторговать для себя, для всех нас, условия получше.

— И что дальше? — усмехнулся я. — Кто потащит всё, что мы успели насобирать? А если звери нападут снова? Ты и так потерял сколько, треть отряда? И ты же не думаешь, что я сдамся без боя?

Рядом со мной встал Акамир, сжимая в руках подобранный с земли палаш.

Не знаю, понимал ли он о чём идёт речь, так как разговор шёл на монгольском, который я, пусть и с трудом, но понимал и воспроизводил, но среагировал приятель как надо.

— Точнее, мы.

Судя по раздувающимся ноздрям, глава отряда не на шутку разозлился. Но, чего у него не отнять, он оказался умён. Монгол умел взять чувства под контроль и с трудом разжав зубы спросил.