Ян и Инь 3. Свой, среди чужих

Его полную превосходства и злобы речь прервал другой монгол, который неожиданно вскрикнул:

— Хадак! Что с тобой?

Тот ему не ответил, продолжая смотреть на нас уже мёртвыми глазами. Внезапная смерть одного их них заставила остальных монголов замереть на месте. Они с непонимание переглядывались, пока до одного из них не дошло:

— Дух! Его духа убили!

— Так и будете топтаться на месте, пока наши духи пожирают ваших, или покажите, на что вы способны? — произнёс я, постаравшись вложить в свой голос как можно больше насмешки.

— Ты сдохнешь! — закричал носитель барсука и метнулся в мою сторону.

Каково же было его удивление, когда я заблокировал удар меча покровом, и следом схватил его за горло и дёрнул на себя.

— Если и сдохну, то ты этого уже точно не увидишь, — чуть ли не прорычал я ему в лицо, сжимая пальцы.

Он захрипел, схватился за мою руку, в попытке оторвать её от горла, но у него ничего не получилось. Следующий удар пробил ему грудь и достиг печени.

Слабак! Даже покров не активировал. Либо не умел, либо не успел.

А может посчитал меня слабым, за что и поплатился. Как бы там ни было, живых противников у нас осталось всего четыре.

Краем уха я старался прислушиваться к происходящему вокруг. И столь скорая расправа с двумя противниками впечатлила зрителей. Они уже кричали не так громко, меньше сыпали оскорблениями и вообще были слегка озадачены.

Четверо оставшихся в живых монголов бросились на нас почти одновременно. Пришлось бросить им под ноги мёртвое тело их соратника, чтобы хоть немного сломать их дружный напор.

Благодаря этому, они добрались до нас не вместе, а с небольшой разницей во времени. Это позволило Акамиру не только отбить атаку, но и нанести ответный удар, ранив своего противника.

Я оттянул на себя двоих, оставив приятеля наедине с одним здоровым и одним раненым противниками. Если не будет зевать, то справится с ними сам. Если же нет… что ж, помочь я ему пока ничем не могу.

Набросившиеся на меня монголы атаковали столь яростно, что мне пришлось отступить.

От большей части их ударов я старался уклониться, но иногда приходилось принимать их на покров. Это отнимало силы и истощало запасы духа, но ударить в ответ у меня не получалось. Он действовали довольно грамотно, стараясь держать меня на расстоянии.

Пробиться сквозь вихрь лезвий было можно, но пока не нужно. В отличие от них, я не только сражался, но и поглядывал, как обстояли дела у Иня. И, когда он вгрызся в глотку очередного духа, я тоже начал действовать.