Боги не играют по правилам

Я сел за другой конец стола напротив барона, сгреб наверно половину всего, что было и принялся угощаться. А чего стесняться? Герой я или нет? Пиром это назвать можно было с натяжкой: соленые огурцы, картошка, капуста, остатки курицы и кувшин кислого вина – все, что мне удалось отведать. Я быстро справился с закусками, откинулся на спинку стула и стал пить кислятину прямо из кувшина, хрустя куриными костями. Ну не пропадать же добру.

- Гур! – представил меня Фуас. – Барон Горлмид рад приветствовать тебя в имении Мелавуд.

Барон взглянул на меня хмельным взглядом и сказал:

- Он мне нравится. Не то, что последний. Сожрал корову, свиней, кухарку и сдох первым на арене. Этот хоть ест не много. 

- По давней традиции, - продолжил хранитель, - герой должен облачиться в турнирные доспехи и дать клятву верности.

Четверо крестьян внесли носилки с кучей ржавого металлолома. Я допил вино, подошел и пригляделся. На разбитом вдребезги нагруднике еще виднелась кровь предыдущего владельцы, шлем вонял тухлой рыбой, а самое главное, что они были размером на быка.

- Расслабься, - махнул рукой барон, - покутим месяц, а там пукнешь на арене и дело с концом. Садись, ешь, пей.

Один из гостей – бородач в кольчуге и подшлемнике – стукнул кружкой по столу и сказал:

- Нахрена на него вино переводить? Вали откуда пришел, герой!

- Верно говоришь, Зигруд, - сказал его дружок – лысый детина в рубахе.

Одноухий мордоворот добавил:

- Ага.

В зале повисло молчание. Барон пожал плечами и стал ковыряться в тарелке с костями.

- Нет-нет, - вступился за меня Фуас, - так нельзя. По закону…

- Заткнись, или полетишь вместе с ним, - сказал Зигруд.

Кость в кость

Оставить это так я не мог. Герой я или сопля под столом?

- У тебя или две жизни, или ты пьян, дровосек, - спокойно сказал я.

- Осторожно, - шепнул мне Фуас, - Зигур лучший кулачный боец Мелавуда.

Но мне уже было наплевать. Я сжал кулаки и двинулся к столу. Коготь удобно улегся и совершенно не мешал. Трое громил поднялись.

- Ну, жопа, щас драть будем, - пробасил одноухий и бросился на меня.

Я не спасовал и ударил навстречу. Попал. Но и сам отхватил. Челюсть онемела, звуки приглушились, земля качнулась, но я устоял. Одноухий сел на задницу и пустил из носа юшку. Зрители застучали кружками, захлопали. Следующий – лысый.