Менталист. Революция

Глава 3

На посыпанной гравием площадке, напротив лесного особняка, стояла группа до зубов вооружённых людей. С первого взгляда их можно было принять за наёмников, именно они любили так разномастно одеваться. Кто на что заработал и скопил, а как иначе? Кто-то в полном латном доспехе, кто-то только с первыми своими наручами, а кто-то вообще в армейской разгрузке старого образца, спасающей от пули мелкого калибра. Хоть твари рвут бронежилеты, словно барсик обои в квартире.

Но тут собрались не новички.

Подобным образом был одет ещё один тип людей. Полные отморозки, ходящие по лезвию ножа. В каждом отряде был такой, возможно мужчина, а может и женщина, имеющий стальные шары в штанах и полную аппатию по жизни. У такого человека судьба забрала всё, дом, семью, друзей. Они живут от заката до заката, а если удаётся проснутся вновь, без сомнений идут в бой.

Оружие и снаряжение подобрано строго под свои слабые и сильные стороны, ничего лишнего, отсюда и странные обвесы. Те немногие, кто смог вылезти из бутылки, и не сложить голову на отражении очередной атаки, становятся очень полезными людьми, полезными для силовых структур.

Два десятка людей, опасных, разумных, в основном мужчины, но затесалась среди них и пара дам. Одна из девушек сейчас лениво перебрасывалась фразами с габаритным мужчиной, волосы которого были сплетены в косу.

— Герда, прости дурака, у него же первый выход, — увещевал звероватый мужчина с несвойственной его внешности уважением.

— Это может плохо кончится, — спокойно ответила девушка. — Особенно, если Граф узнает.

На фоне воина она отнюдь не проигрывала, скорее смотрелась на равных. Под два метра ростом, статная и мускулистая, для некоторых обывателей старого поколения чересчур мускулистая. Как отвечать таким поборникам женственности Герда знала с самого детства. Сначала злилась, когда после тренировок появились первые мышцы, да ещё и больше чем у самого спортивного мальчика в классе.

А затем, девушка просто стала предлагать надеть её доспех.

Чаще всего горячие парни, отстаивающие свою позицию, соглашались на эксперимент, полагая, что тут нет ничего необычного. Но стоило им влезть в стальную сбрую девушки, как воздух покидал их, только беззвучно открывался и закрывался рот. Рыбки, обычные рыбки, хотя это оскорбление для рыбок, называть их именем таких слизняков.

Вот и сейчас, Герда абсолютно спокойно объясняла своему коллеге, где тот ошибся.