Тайна города трёх гор

Кесей, что всё это время входил в число трёх лучников, среди бойни заметил, как в дальнем углу Зема в одиночку противостоит правителю.

- Нет! – охолодев от увиденного, он начал прицельно бить по нему, целясь в голову.

Как только у уха просвистела стрела, Статис обратил внимание на балкон. В очередной раз отбросив от себя воительницу, он повернулся и встретился взглядом с Кесеем. Юноша пустил стрелу ему прямо в голову, но тот протянул к нему руку и стрела остановилась прямо в воздухе, а после упала. Юнец снова натянул лук, но когда маг сжал кулак остававшейся вытянутой рукой, пол балкона покрылся трещинами и вскоре разрушился.

Парень, вместе с другими лучниками рухнул вниз.

Лежащая после падения на спине, девушка приподнялась и увидела, что балкон разрушен. Поднявшись, она увидела, что в окнах по бокам мелькают вражеские подкрепления. Осознав, что времени мало, она из последних сил атаковала отвернувшегося Статиса. И может он бы и не успел отразить эту атаку, если бы не услышал сопровождающий её крик девушки, у которой кончались всякие силы.

Одним движением руки он заблокировал удар и, усилившись магией, выбил оружие из её рук и снова повалил её на пол.

Обессилившая воительница приподнялась на локти, сил встать уже не было. И тут вдалеке она увидела поднявшегося на ноги Кесея. Его лук был сломан при падении, нога кровоточила, а за его спиной уже показались враги.

Оглянувшись, он осознал всю безвыходность положения и взглянув на Зему перевёл взгляд на стоящего перед ней правителя.

Увидев пристальный взгляд Земы обращённый на кого-то позади, Статис обернулся и снова встретился взглядом с Кесеем. Пылавшее от ненависти сердце заставило того потянуться за последним оставшимся оружием – белым кинжалом. Пошатываясь, парень замахнулся им и стал целиться в смотрящего прямо на него врага. Сморщившись от злости он метнул его. Проворачивающийся в полёте клинок был похож на обрывок лунного луча, что нёсся прямо в Статиса. Тот с иронией отнёсся к отчаянной попытке загнанного в угол мальчишки и демонстративно протянул руку вперёд чтобы, как и стрелу остановить клинок…

Провернувшись с того момента еще несколько раз, кинжал вонзился в неприкрытую бронёй грудь.

Гримаса насмешки вмиг исчезла с лица парителя. Нахмурив брови больше от непонимания, чем от боли, он опустил голову и посмотрел на торчащую из его груди рукоять. Лезвие пробило его насквозь. Спереди и сзади расписной парадный халат стал краснеть от крови.