Я, маг!

Отцу давно перевалило за полсотни, но крепок и кряжист, словно дуб, а силой поспорит с медведем.

            Рядом с отцом братья Харальда, двое родных, и двое двоюродных - наследство сгинувшего на войне дяди. Все старшие. Сидят, ухмыляются, катают тупые улыбки по самодовольным лицам. У, свора! От братьев Харальду доставалось больше всего. Но и сестра не отставала, время от времени учила младшенького уму-разуму.

            Харальд ощутил, как от гнева заныло под ложечкой, и крепче сжал челюсти.

Они травили его много лет, и некому было защитить. Мать он не помнил, она ушла еще молодой, среди слуг ходили слухи, что от побоев отца. Под яростным взглядом Харальда Тризы смешались, хотя чувствовать себя неловко должен был как раз он, непутевый отпрыск родовитой семьи.

- Гм, - сказал отец, прочищая горло. - Ты пришел. Хорошо.

- Да, отец, пришел, - Харальд склонил голову, изображая почтение.

- Мы, то есть я, - Эрик фон Триз, старший в роду, говорил медленно и величаво, но в голосе его то и дело прорывались нотки ярости, словно у медведя, пока еще спокойного, но готового взреветь и мохнатой бурой горой обрушиться на врагов.

Да и запах пива и дыма, витавший в зале, мало подходил к выспренной речи, что давил из себя горделивый владыка груды развалин посреди леса.

- Я решил, что пора тебе, сын мой, вступить во взрослую жизнь. А поскольку, - зловещие ухмылки обозначились на всех без исключения физиономиях, - жить с нами тебе невместно, и твое положение не позволяет надеяться на наследство, то мы, то есть я решил, что пора тебе жениться, и перейти в род жены.

- Как? - Харальд растерялся. - Жениться?

- Да, сын мой, - взор отца оставался спокоен, словно небо в июльскую жару, только голос рычал, предупреждая сопротивление. - Ты умеешь все, что положено родовитому, и в твоей будущей семье многое тебе пригодится.

- А что за семья? Родовита ли невеста? - тупо спросил Харальд, чувствуя отчаяние. Он ожидал чего угодно, гнева, криков, но не такого!

- Для младшего в нашем роду - достаточно родовита, - отрезал отец, а ухмылки на лицах родичей обозначились яснее.

- Старшая дочь Симеона из Сандри, Вирсавия.

- В гербе белые лилии на алом поле, - упавшим голосом подхватил Харальд. - Родовитость Симеон получил благодаря деньгам, а замок просто купил.

- Ты против? - медведь вскинулся, готовясь к броску. Опасные огоньки заметались в голубых глазах отца, таких похожих на его, Харальда. Столь схожих - и других.