Я, маг!

Но они не шли ни в какое сравнение с реальностью.

            Тварь, пришедшая из Нижнего мира, оказалась не просто ужасна, она оказалась омерзительна. Рассудок отказался понимать происходящее и скрылся в панике, тошнота, испуганно взвизгнув, исчезла.

            Нависая над миской с кровью, в воздухе покачивалось создание, очень отдаленно сходное с человеком. Две руки, две ноги, голова - вот и все подобие. Остальное было иным. Вместо кожи шевелился алый покров из толстых червей, отвратительно жирных и склизких на вид.

Покров скрывал тело очень густо, мешая разглядеть признаки пола, но про себя Харальд решил, что демон - самец. Ноги, короткие и выгнутые назад, как у кузнечика, заканчивались перепончатыми лапами, взятыми у лягушки, если, конечно, бывают лягушки в сажень ростом. На перепонках алый цвет переходил в оранжевый. Передние лапы, голые и длинные, более всего походили на человечьи, лишь когти, тонкие и изогнутые, как серпы, портили впечатление.

            Но более всего поразила Харальда голова. Маленькая и круглая, она сидела на гибкой шее длиной в аршин, и напоминала крысиную. Злобно смотрели фиолетовые глаза, в ладонь каждая, пасть под черной пуговкой носа щерилась треугольными зубищами.

            Демон выглядел очень недовольным.

            Едва появившись, он негромко, но весьма выразительно заревел, и уставил горевшие глаза на Хельгу.

Та никак не отреагировала, и демон заговорил. Голос его, вопреки худшим ожиданиям, оказался мягким и приятным.

- Что тебе надо? - когтистая лапа потянулась вперед, но замерла, явно наткнувшись на невидимую, но крепкую преграду.

- Да ничего особенного, - Хельга рассмеялась. - Просто поболтать захотелось.

- Со мной? - демон изумленно осклабился.

- А чем ты плох как собеседник? - удивилась в свою очередь, владетельница.

- Да вроде не плох, - фиолетовоглазый лениво почесался. Черви на его теле зашевелились сильнее, и тошнота, привлеченная этим зрелищем, вернулась к Харальду.

- Да просто обидно как-то, для драки или для иных серьезных дел вызывают других, а как поболтать приспичит - меня.

- Не огорчайся, Телал, - успокаивающе сказала Хельга, и можно было поклясться, что голос ее пронизан настоящим сочувствием. - Ты один из самых умных демонов, известных мне.

            На страшной морде появилось довольное выражение.