Реликвия и скальбурский зверь

Злобный дух стремительно выпрыгнул из темноты и, разинув пасть, грозно зарычал. Но на этом Скигер не остановился, подхватив Всебора, он швырнул его на землю, вышиб из руки кость и нанёс сокрушительный удар, от которого померкло в глазах.

"Вот и подловил, – подумал Всебор. – А всё-таки этот гад спас мне жизнь".

4

Голос, мягкий и добрый, разносился волнами и наполнял всё пространство вокруг. Верещали птицы, жужжали насекомые, было необычайно светло. Солнечный свет просачивался сквозь изумрудную листву, согревал и убаюкивал, пробуждая в душе радость и беспечность.

– Здесь хорошо, – сказал мужской голос. – Олени приходят на водопой. Может и сегодня придут, и ты их увидишь. А потом я достану из бортей немного мёда диких пчел, и мы втроём выпьем чайку.

Был ли это сон или вспомнилось что-то из прошлого, Всебор не знал. Но ему стало так спокойно и хорошо, как не было никогда. Скигер знал своё дело и ударил со всей злостью, на какую оказался способен.

Всебор застонал, с трудом разлепил веки и, схватившись за подбородок, попытался встать на ноги.

– На мне скоро живого места не останется, – проговорил он. – Сволочь долговязая попадись только и я тебе покажу, что такое ярость "Кошачьего глаза".

И вдруг прямо на голову упал конец верёвки. Обычной верёвки какими пользуются корабельщики.

– Эй! Хватит болтать, – послышался голос сверху. – Неужели не надоело торчать в этой зловонной яме?

Всебор порывисто запрокинул голову и, щурясь от света, посмотрел на размытый силуэт вверху.

– Ританаль!? – радостно воскликнул он. – Чёрт меня подери, как ты меня нашла?

– Нет, вы только на него посмотрите! Он ещё рассуждает. Обмотайся побыстрее верёвкой, болван!

Над провалом появился ещё один силуэт, и до слуха донеслось озабоченное бормотание старины Жиля.

– Держись, приятель! – закричал он. – Сейчас мы тебя вытащим!

Всебор схватился за верёвку и, не сдерживая больше радости, засмеялся.

– Как же я рад вас слышать, – закричал он. – Если б вы только знали, какого страха я тут натерпелся.

– Крепче держись! – отозвалась Ританаль. – Сорвёшься! За тобой никто туда не полезет.

Он стремительно взметнулся вверх, и уже через пару секунд крепкие дружеские руки выволокли его на вожделенную поверхность. Сказать, что он был счастлив, значит, ничего не сказать. Он чуть не задохнулся, когда с жадностью глотнул свежего воздуха, солнечный свет ослепил, а ноги, ощутившие твёрдую землю, так некстати подломились.