Реликвия и скальбурский зверь

Над водой появилась лёгкая дымка испарений. Выползли ночные твари, и вскоре над бесконечным пространством скальбурских топей, зазвучала монотонная песня амфибий.

В сапогах хлюпало от воды, ступни затягивало в грязь. Каждый чётко осознавал, что останавливаться нельзя ни при каких условиях, иначе бездна поглотит их одного за другим.

Замыкая отряд, Всебор шёл за своим приятелем Жилем и вспоминал мудрые рассказы Сейбилена. Он не мог поверить, что старый дипломат, который так легко общался с высокопоставленными особами, сам принимал участие в походах по Скальбуру.

Не верилось потому что прирождённый аристократ, привыкший к комфорту и сытости, не мог пройти через испытания, не потеряв себя. Но ведь Сейбилен смог. И не только приспособился, а выжил и даже стал крепче.

"Неужели не справлюсь? – подумал Всебор. – И что это за "Воронка душ", которая перемалывает всё живое, калечит и рвёт?"

Теперь-то он понимал, что главная роль с самого начала отводилась только ему. Эльфы не в счёт, Ританаль тем более. А Зубастик… Зубастик закадычный товарищ, рисковать которым он никогда бы не стал.

Всебор улыбнулся, вспомнил унылый приют, те странные, в чём-то нелепые эпизоды жизни, которые непознаваемыми нитями связали его с этим недотёпой.

Жиль кряхтел и стонал. Лямки мешка натёрли плечи, а груз тянул к земле. Со своей задачей Зубастик справлялся с трудом, а "Воронка душ" и вовсе была ему не по силам.

– Тебе помочь? – спросил Всебор. – Можешь часть поклажи переложить в мой мешок.

– Ну, уж нет! – Жиль обернулся и, улыбаясь, выпятил резцы.

– Такая ноша не тянет. Жратву и ползком тащить буду.

2

На болота опустились сумерки. В воздухе носились огромные стрекозы, пищали летучие мыши. Иногда тревожно и тоскливо вскрикивала одинокая ночная птица.

Блуждать в темноте по скальбурским топям становилось небезопасно, и Ританаль, как никто другой, хорошо это понимала. К счастью, они наткнулись на какой-то островок, где общим голосованием и решено было заночевать. Раздобыть сухие дрова оказалось задачей сложной, потому пришлось срубить пару небольших деревьев.

Кое-как удалось развести костёр и приготовить нехитрый ужин. Разговор не клеился, и трапеза прошла в молчании.

Всебор отхлебнул из кружки и бросил в огонь несколько хворостин. Зубастик, Палько и Клут уже дремали, а Броль, уединившись у поваленной сосны, точил свою саблю.

– Зачем ты ввязался в это дело? – неожиданно спросила Ританаль. – Я могу понять Броля и его остроухих приятелей – они работают за деньги.