Моя Прелесть

Начали они с самого главного — коммуникаций. Без этого, что-то куда-то везти или тащить было невыносимо тяжело и попахивало мазахизмом.

Третья группа, в которую вошли мы с Торином, занималась лично драконами, но перед этим поделили группу еще на три неравные части. Пока одни парни откапывали Ангару, мы с Торином поддерживали Смауга в неадекватном… простите, вялом, я хотел сказать вялом состоянии. Это позволило гномам спокойно, не опасаясь за собственные жизни, работать с драконом, создавая вокруг него клетку.

Сначала заковали крылья, хвост, затем лапы, протянули вдоль позвоночника стальные балки. Намордник обязательно, куда без него? Из высококачественной стали — я лично проверял крепления, а потом еще через сны пояснял Торину, что надо делать и какие руны на них накладывать, чтобы гарантировать надежность оков.

Даже в бреду, Смауг оставался собой и пытался буйствовать. А разок с ним состоялся такой диалог:

— Дубощит… — тихо протянул дракон не отрывая взгляда от нас. Повернувшись к крылатому зверю, Торин вопросительно изогнул бровь.

— Чего тебе?

— Как ты пережил мое пламя? Мой огонь способен опалить даже Майар, как ты выжил?

Оппа. То-то я думал, почему мой щит по швам трещал, а оно оказывается дело не в Торине, а в Смауге было. Любопытно. Нет, но с другой стороны очень приятно знать, что одна из моих лучших работ выдержала то, от чего горят руки бога. А Майар, по сути это руки, глаза и уши местных божков.

Хорошо, что у Саурона кольцо заряжено до одури, боюсь представить последствия, если бы нам не хватило сил, щит то у меня вышел несколько прожорливым… блин… а ведь точно.

Магия. Её сильнейшие проявления разрушили мою пелену и сдали мое местоположение и меня самого хозяину кольца. Вот уж, блин, палка о двух концах.

— А ты думаешь, что мы настолько глупы, что пришли бы сюда не имея за спиной козыря? — надменно спросил Торин.

— Ррр... Как? Как ты пережил? — не унимался дракон. — Это не по силам ни одному гному!

— Тебя это так волнует?

— Рррр... хватит испытывать мои нервы на прочность, коротышка.

— А не то — что? — интересно, Торин всегда был таким надменным, или это я на него так повлиял? Даже и не знаю.

Смауг же честно попытался хотя бы напрячь мышцы, но чем больше он сопротивлялся, тем хуже ему становилось. Руна давила на мозги, магические оковы сжимались, причиняя боль. Мгновение и чешуя трещит от напряжения и прямо в местах оков на пол начала скатываться драконья кровь.

— Твое время прошло, Смауг.