Театр убийц

Когда актёр остановился возле неё и спрыгнул с коня, на её лице появилось облегчение. Наверное, все это время она смотрела в даль, откуда должен приехать её защитник, и молилась о том, чтобы он вернулся к ней.

- Стриин, – Альмина подбежала к актёру с улыбкой на лице. – Слава богам, ты живой.

- А ты во мне сомневалась? – принцесса энергично замотала головой, при этом немного глуповатая улыбка с её лица не сходила. – Те всадники, что хотели немного облегчить наши ноши, довольно быстро убежали в лес, бросив на дороге павших товарищей.

- Я очень рада, что ты живой, – принцесса блеснула глазами, а после в её глазах появился испуг. – Твоё плечо, у тебя кровь.

Стриин, удивлённый этим фактом, тут же потрогал левую руку и понял, что она вся влажная от крови.

- Демон, – выругался Стриин, – зацепили все-таки.

- Тебя нужно перевязать, – в голосе принцессы нарастала паника, а сама она побежала к Жемчугу. – У меня были где-то бинты.

- Не беспокойся, – актёр отстегнул одну из сумочек, висевших на поясе, – у меня все под рукой.

Стриин хотел сам прижечь рану и забинтовать ее, ведь она была не очень серьезной, просто довольно сильный разрез, но принцесса, чуть ли не вырывая из рук актёра бинты, настояла на своей помощи.

- Должна же я тебе хоть чем-то помогать, – пробурчала принцесса, разматывая бинт. – Не люблю быть бесполезной, к тому же не приди я в вашу гильдию, ты бы был цел и невредим.

Стриин не стал спорить с той, которая надув щеки, была похожа на злого хомячка, поэтому дал наследницей Зарлийского трона свободу действий.

Пока он закатывал рукав рубашки, до него, наконец, дошло, что сейчас, будущая королева Зарлийского трона будет его врачевать и улыбнулся. А когда подумал о том, как будет за кружкой пива рассказывать своим верным друзьям эту историю и какие у них будут лица, про себя рассмеялся. Закончив подготовку, принцесса аккуратно взяла на два пальца живительную мазь и начала обрабатывать рану. У актёра неожиданно по спине пошли мурашки, и были они не из-за холода или мази, а из-за прикосновений Альмины. Руки принцессы, несмотря на то, что они уже не первую неделю держат в руках поводья, были мягкими, словно вата. Она нежно, со всем трепетом, тщательно размазывала голубоватую мазь по всей длине пореза, и Стриин с каждой секундой чувствовал, как усиливается щекочущее ощущение где-то в животе.

Замазав руку, Альмина взяла уже заготовленный и отрезанный бинт, приложила его к руке и начала мотать.