Душа снаружи

Когда она отвернулась к холодильнику, где уже вовсю хозяйничала Кимми, вытаскивая и расставляя на столе бутылки с различным алкоголем, я не удержался и безотчетно провел рукой по одному из холстов. Не уверен, что картины можно трогать, но как-то само так получилось. Мне хотелось попасть в мир, нарисованный ее кистью.

Мы устроились на полу в гостиной, соорудили целое гнездовище из многочисленных подушек и пледов. Заказали пиццу, немного посоревновались в смешивании коктейлей. Смотрели фильм ужасов, который назывался «Шлюха-вервольф придет за тобой».

Кино было довольно старое, и, так скажем, его содержание полностью соответствовало названию. Но от него просто глаз было не оторвать, со всей его уродливой и нелепой бутафорией, маразматичными диалогами и сюжетом. Настолько плохо, что прекрасно. Где-то на середине фильма у меня вырвался смешок, который быстро перерос в истерику. Я не мог остановиться, сполз на пол, где и остался лежать, у меня заболели ребра, по щекам катились слезы, но остановиться я не мог, это было выше моих сил.

Налия, обрадованная моей реакцией, показала мне всю коллекцию видеокассет: «Съедим папу на полдник», «Серо-мышиная резня», «Съедим папу на полдник-2», «Трамвай-убийца» и «Восстание аллигаторов-зомби».

Когда закончился и фильм, и алкоголь в холодильнике, мы отправились за добавкой на правый берег. Мне казалось, что я уже много раз ходил этой дорогой, мне был знакома и аллея из каштанов, и набережная, выложенная большими бетонными плитами, чуть приподнявшимися от времени.

И все разговоры, что мы вели, реплики, которыми обменивались мимоходом тоже были знакомы и привычны. Никогда еще не было настолько спокойно в чьей-либо компании. И как всегда, я опасался что-то учудить и этим все испортить. Поэтому старался контролировать каждый момент. Даже к коктейлям притрагивался с осторожностью. Чтобы не случилось никаких ненужных откровений. Или еще чего похуже.

Но, конечно, это случилось. И именно в тот момент, когда я почти полностью расслабился.

Мы уже вернулись из магазина, за окном стемнело, и мы валялись на полу, слушали концертный альбом одной группы. Нам всем нравилась песня номер шесть, без названия. Разговоры как-то стихли. Порой помолчать тоже бывает здорово. Можно продолжить знакомиться, даже не произнося ни слова. Достаточно понять, что человек тоже любит определенную песню.

Но это случилось снова.

Я начал проваливаться.

Реальность будто раздвоилась, поплыла. И нет, я не был пьян.