Искаженный мир

Вот оно! – Победоносно вскричал садист, с силой ткнув пальцем Ашеру в лоб. – Говоришь одно, но думаешь другое. Ты задаешься вопросом: как именно? Что она такого сделала? Забыл? От меня ничего не скроешь. Малыш, очнись, эта стерва стала встречаться с тобой только ради беспечного будущего. Насадка для хера просто манипулировала наивным дурачком. Как и все они! Высокомерные, надменные, лживые…

Ковенант упрямо вздернул подбородок.

– Правда думал, меня заденут подобные откровения? При угрозе съесть свой член? Да ты и впрямь больной.

Хойт приподнял губу. Так собаки при опасности клыки демонстрируют. Не сказав ни слова, убийца нарочито медленно развернулся и прошел к столу с орудиями пыток. Зазвенела сталь. Никаких более шуток или лишних комментариев. Теперь маньяк взялся за дело всерьез.

Джек все понял. И едва не расплакался от отчаяния, беспомощности и жалости к себе. Значит, вот, как закончится его жизнь. Истерзанный, прошедший все муки Дуата, в кровавых соплях, не сознающий себя он будет умолять о снисхождении чудовище во плоти.

Ковенант не хотел умирать. Не сейчас, не в зачуханном подвале в руках жестокого садиста. Лет через пятьдесят, знаменитейшим мистиком страны, в один день с любимой женщиной, свершая последний подвиг.

Сколь лихорадочно не соображал Ашер, парень не видел ни единого способа противостоять пленителю. Но как же так? В свои невеликие года Джек не единожды успел побывать в серьезных заварушках. Не для того же, чтобы столь бесславно закончить дни свои. Ну же, ты справишься, еще немного!

Но времени не осталось.

Хойт выбрал инструмент для казни. Увидев, что именно, молодой ковенант содрогнулся и закрыл глаза. До крови закусил губу, дабы не закричать. Последние спокойные мгновения его жизни Джек вспоминал о родителях и доме. Саймоне и Алексе, их уютных посиделках в кафе или за видеоиграми. Раздраженный голос Софии. Люди и вещи, что незаметно стали ему так близки.

Дыхание перехватило, внутренности сжимались, пульсировали, менялись местами. Мистик умирал от страха, он более не в силах был выносить томительного ожидания и желал только, дабы все быстрее закончилось.

Хрипы Верити не заглушили глухой удар тела о пол и металлический лязг. Ашер почувствовал, что свободен, но не сразу поверил. Осторожно открыл глаза.

У кресла без сознания валялся Хойт. Над ним с сосредоточенным лицом склонилась Грейвз. Из кармана черного пальто напарницы торчал пустой шприц.

Женщина деловито обыскивала маньяка, не глядя на спасенных.