Искаженный мир

Гости постарше в большинстве облюбовали кальянные, бильярдные и комнаты для чаепитий в другом крыле здания, их дети ушли в долгожданный отрыв. Алкоголь лился рекой, классическая музыка и степенные танцы сменились быстрыми и зажигательными. Приглушили свет, и величавое, горделивое, кичащееся роскошью и убранством сооружение обратилось в пошлый ночной клуб. Только теперь Джек понял, почему их заставили подписать документы о неразглашении. Уже сейчас градус веселья зашкаливал, что будет через пару часов и представить трудно.

Ашеру вдруг стало не по себе. Спиртное, влиятельные люди, их эмоционально нестабильные наследники – взрывоопасный коктейль. Как бы ударной волной не задело.

Встрепенулся рядом Марк. Прижал к уху гарнитуру.

– Да. Да, Водолей-один.

Джек внимательно прислушивался к разговору.

– Где? Сколько? Понял. Помощь нужна? Хорошо, принял. – Старший ковенант отключился.

– В чем дело?

– Репортеры пытались пробраться на территорию. Их взяли.

Не могло все пройти спокойно.

Но обошлось малой кровью. Тогда отчего Ашер все еще чувствовал себя не в своей тарелке? Внутренности неприятно крутило.

Ясно как день: вечер принесет немало сюрпризов.

– Пойду, туалет поищу.

Джек поднялся и, охнув, схватился за перила: ноги от долгого сидения свело судорогой.

– Не заблудись. – Тирнан последовал примеру напарника. – Пройдусь по залу. На связи.

Совет Марка оказался не простой колкостью. Поиски уборной растянулись на четверть часа.

Ашер дрейфовал среди разбредавшихся по дому гостей, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Путем проб и ошибок парень таки обнаружил туалет, попутно спугнув страстно совокуплявшийся в одной из комнат квартет.

Немолодой уже мужчина в уборной, большей, чем квартира Джека, перед зеркалами выравнивал идентификационной картой белый порошок. Вошедшего мистика он проигнорировал. Тихонько сделав свои дела, ковенант также незаметно ушел.

Неподалеку от туалета обнаружился выход на широкий, с коротким навесом, балкон, щедро отделанный искусной лепниной.

Воровато оглядевшись и убедившись, что за ним не следят, а снаружи никого, Ашер решился буквально на минутку выбраться на свежий воздух. От густой, липкой духоты и какофонии звуков парню стало дурно.

Оказавшись под открытым небом, Джек с наслаждением набрал полную грудь свежего воздуха. Со стороны лабиринта из живой изгороди доносились пьяные смешки.