Магистрат. Том 1.

Один раз сделали привал, – я курил свои самокрутки, де Верендри важно дымил трубкой и ни разу не присел, а Алиса слепила снеговика-песковика, которым очень гордилась. Идти оставалось совсем немного. Внизу бежала голубая река, я очередной раз поразился количеству разновидностей синевы в этом мире. Горы здесь были ярко-синими, темными, лазоревыми, а вода и лед зачастую радужными, лазурными, аквамариновыми, и все это каким-то образом контрастировало с серо-голубым небом.

По реке пробегали белые льдинки, что казались небольшими издали, а у берега застыл кораблик, скорее даже лодка, похожая на паром.

Наш транспорт домой.

Поземка пробежала по барханам вниз, осыпая нас мелкой порошью, и в этот момент меня будто обняла пустыня, прощаясь и одновременно пытаясь что-то сказать. Я почувствовал, как губы коснулись моего уха и прошептали мягким голосом:

– Я уже здесь, милый…

Я сорвался с места, потянул за собой Алису и уже на бегу прокричал Жозе.

– Бежим! Она здесь, совсем рядом!

Ординатора два раза упрашивать не пришлось, он кинулся за нами, придерживая одной рукой саблю, а второй крепко сжимая ружье.

И как я не заметил, что небо медленно затянулось облаками, пока мы шли… Это же первый признак! На бегу я обернулся и увидел её.

Я не смог отвернуться.

Она медленно шла по кромке снежной дюны, будто гуляла. Одетая во все черное, с коротким мечом на ремне и высоких ботфортах, с запорошенными снегом смоляными волосами.

На мгновение она остановилась, смотря в мою сторону, а потом также неторопливо, будто лениво начала бежать, ускоряясь с каждой секундой, двигаясь все быстрее и быстрее, быстрее и быстрее…

Как же красиво она бежала. Легко, словно на крыльях, будто она была невесома и парила над землей, плавные и одновременно отточенные движения. Казалось она даже не дышала, а бег не доставлял ей никакого дискомфорта и она могла двигаться в таком темпе бесконечно. А ещё она неумолимо приближалась.

Черт.

Я бросился вниз с бархана сломя голову, побежал что было сил, не задумываясь, как я при этом выгляжу. Мне вдруг стало страшно, будто я убегаю от чего-то неизбежного и гибельного, – от поезда в закрытом тоннеле.

Глотая морозный воздух вместе со снежинками, я думал о том, как это странно: любить и бояться одновременно.

Тяжелая одежда сильно мешала, сумка давила плечо, но бросить я её не мог, иначе остался бы без книги.