Святки в Черноречье

Но по плану дома собирались построить как раз над ним.

– Нам, и правда, надо чаще встречаться, – покивала Пизадейра, тоже глядя на костёр, пожирающий гору строительной техники, превратившуюся в сморщенную кучу мусора.

Овца

– И что, ты ещё и код им сказала? – Лерочка перетягивала огромную картонную коробку широким красным бантом. – И весь аванс списали?

Лариса Игоревна только со вздохом кивнула, в который раз так и не решившись приструнить молоденькую Лерочку, с первого же дня работы нагло «тыкавшую» всем коллегам.

– Ну, ты овца! – хохотнула Лерочка, выпрямляясь и красиво потягиваясь, так чтобы все формы проступили из-под халатика.

И Коля вчера то же самое сказал. Даже занёс руку для «леща», но когда Лариса Игоревна скорчилась и прикрыла лицо, только брезгливо сплюнул и громко сообщил дочкам, что их мать – полная дурра, только что отдавшая ползарплаты телефонным аферистам.

– Всё, мне пора в салон! – жизнерадостно воскликнула Лерочка, убирая в сумочку смартфон.

– А кто коробки на свалку понесёт? – растерянно спросила Лариса Игоревна.

– Уж точно не я. – Лерочка, покачивая округлыми бёдрами, выплыла за дверь.

Лариса Игоревна перевязала вторую коробку с макулатурой и потянулась к третьей. Все давно разбежались по салонам красоты, чтобы прихорошиться к корпоративу, а коробки, загромоздившие узкий проход, надо сегодня же оттащить к контейнерам.

Размотав клубок шнура, Лариса Игоревна уже собралась закрыть короб и перетянуть его, но внезапно замерла – со стопки макулатуры на неё внимательно смотрел огромный глаз. Полупрозрачный, он как будто висел в воздухе или какой-то колбе с мутноватой жидкостью. Сильно зажмурившись, Лариса Игоревна резко раскрыла глаза и с облегчением выдохнула. Показалось. На самом деле, это просто рисунок на старой книжонке, ещё советской брошюрке, совершенно непонятно откуда взявшейся.

– «Самоучитель гипноза», – прочитала Лариса Игоревна. Хмыкнув, уже собралась закрыть короб, но передумала. Воровато осмотревшись, вытащила книжицу и, согнув, сунула её в карман.

Коробки оказались неподъёмными. Сколько Лариса Игоревна ни тужилась, она могла лишь волоком тащить их по полу, но до контейнеров они явно не дотянут – развалятся. Тележку бы сюда. Стерев пот со лба, Лариса Игоревна села на одну из коробок.