Усы за двенадцатью замками

Анонимок больше не было. Пока Гуф занимался ритуальными вопросами, мы почти не виделись. Я разве что землю усами не рыла. Уловив совсем крошечный намёк на интерес всё тех же конкурентов из старого дела, я уже собиралась пробираться в их систему, но не успела. Произошло непредвиденное. То, что заставило меня отказаться от своих домыслов и планов.

Это произошло, когда я пересеклась с Гуфом у барной стойки в ресторане при отеле. Проявляя вежливость, я не стала его задерживать долгим разговором. Однако никак не могла понять, что же меня так зацепило.

Раз за разом я мысленно возвращалась к нашей встрече, пока, наконец, не поняла, в чём загвоздка. Не характерное для Ричарда покраснение, прямо под усами!

Сторонний наблюдатель даже не стал бы задумываться об этом, но я-то знала, что означает раздражение, как никто другой. Накладные усы имеют очень неприятную особенность: они натирают нежную кожу верхней губы. Если носить их изредка, то это не станет большой проблемой. Но когда ты надеваешь их день ото дня целыми неделями, то перестаёт спасать даже увлажняющий крем.

А мне его заказывают специально у водных дев, между прочим.

Так вот: мужчине однозначно было некомфортно с растительностью на лице. Он мастерски скрывал это гримом, но я всё равно заметила разницу. Недолго думая, я слепила из своих запасных усов точную копию тех, что носил банкир, и подкинула их в номер соседа. Мой расчёт оказался верен. Думая, что это его аксессуар, живой близнец положил их в собственный карман, даже не подозревая, что сам берёт с собой подслушивающее устройство.

Целый день я слушала подробности жизни мистера Гуфа и тщательно записывала их с помощью жучка. Усиная запись слишком недолговечна, так что я сразу же сохраняла звук на удалённый сервер моего начальства. Услышала я многое. И планы о будущем банка, и подробности проблем логистической компании, о которых даже мне не удалось узнать — так хорошо они были скрыты. И даже узнала смысл анонимок. Думая, что его никто не слышит, Гуф имел привычку разговаривать сам с собой.

О брате была лишь одна мысль, но зато какая:

— Если бы ты только послушал меня, брат. Уж ты-то знал, что нельзя пренебрегать анонимными угрозами, но всё равно не выполнил даже половины. Всё должно было быть иначе.

Как я и подозревала: убили всё-таки Ричарда. Если вы слушали меня особенно внимательно, наверняка заметили, что с момента убийства я называю выжившего близнецом или мистером Гуфом, но никак не Ричардом. Потому что им был Билли.