Похищенная

Проживаете вместе с супругой Жюли Руваль на съемной квартире в доме двенадцать по улице Рише. Все верно?

- Да, мсье.

- Вы аристократ?

- Вовсе нет, мсье комиссар, - ответил я. - Хотя и не могу быть уверен на все сто процентов. Воспитывался в приюте. Вполне возможно в моих жилах и течет кровь какого-нибудь знатного рода, но до сих пор так никто и не признался.

- В каком из приютов? - продолжил допрос полицейский.

- В приюте Ома, - не моргнув глазом, соврал я, и почти не соврал. Мои документы в этом отношении были чистыми и настоящими.

Другое дело, что получены они были за довольно значительную сумму, но по всем имперским реестрам проходили честь по чести. Не подкопаешься.

- А ваша супруга имеет какое-то отношение к благородным?

- Насколько мне известно, ее деду было пожаловано пожизненное дворянство, без права передачи по наследству. Так что тоже нет.

- С чего вы взяли, что она пропала? - удивил меня следующим вопросом комиссар.

- Время за полдень, вы в своем кабинет, как я полагаю, уже давно, а она до сих пор не вернулась домой после вашей встречи.

Для нее такое поведение невозможно. Значит, что-то случилось.

- Ваша жена могла завести любовника, - предположил полицейский.

- Исключено, мсье комиссар.

- Вы в этом так уверены? - усмехнулся он. - Ведете за ней слежку?

- Дело в моем таланте, - признался я. - Случись такое, супруга не сможет ничего от меня скрыть.

- Так вы "полиграфист", - вскинул бровь комиссар, - коллега господина Павлова?

Он взглядом указал на сидящего слева от меня сиятельного.

- И опять не угадали. Я не могу определить, врет мне собеседник или говорит правду. Только чувствовать общее настроение: радость, печаль, гнев, и так далее.

- Эмпатия, - подсказал встрепенувшийся русский.

- Что-то вроде того, - кивнул ему я.

- Довольно бесполезный талант, - усмехнулся Павлов. - Обычно у окружающих и так все написано на лице.

- Какой есть, - я равнодушно пожал плечами. Если он рассчитывал меня как-то задеть, то у него не получилось.

- Я предпочел бы сейчас не отвлекаться на досужие разговоры. Вообще-то у меня жена пропала. Только поэтому я здесь.

Комиссар и его русский коллега переглянулись, и Павлов сделал тому какой-то знак. Я не успел заметить какой.

- Хм, да, - Наварр сразу изменился в лице. - Прошу прощения, мсье. Вернемся к вашей супруге. В котором часу она исчезла?

- Об этом лучше спросить у вас. Полагаю, вы виделись с ней позже меня. Мы попрощались утром, в половине восьмого.