Тьма... и ее объятья

Наверное, это мои сопровождающие искали меня. Закричать бы мне тогда, привлечь к себе внимание, но я не мог ни пошевельнуться, ни крикнуть. Это было ужасающее состояние полного бессилья.

Как сквозь обморочную пелену я понял, что оказался сидящим на кожаном диване в салоне "Шкоды". Рядом со мной устроился Лючио, который держал мою руку, не отпуская. Кто сидел за рулем, я не видел, не мог различить. Я проваливался и проваливался куда-то сквозь сгущающийся серый туман, и, как ни пытался удержать сознание в реальном мире, все же быстро соскользнул в беспамятство.

Часть 1. Глава 5

Глава 5

 

Archangel, Dark Angel,

Lend me thy light

Through Death's veil

'Til we have Heaven in sight!'

Cradle Of Filth "Satanic Mantra"

--

Архангел, Темный Ангел,

Освещай же наш путь 

Сквозь пелену Смерти, 

Пока не узрим мы Рай!

 

Сознание ко мне вернулось довольно скоро. Вновь обретя способность соображать, слышать и видеть, я обнаружил себя полулежащим на сиденье "Шкоды".

Рядом со мной сидел Лючио. Отвернувшись, он смотрел в окно. Мы куда-то ехали. 

Не сразу, но все-таки я понял, что чего-то не хватает. Сумки, которая висела у меня на плече, когда я подошел к стоянке, теперь нигде не было. То ли я потерял ее, когда мне стало дурно, то ли ее забрал Лючио. Ничего особенно ценного там не было, но все же мне было ее жалко.

- Очнулся? – равнодушно спросил Лючио. Он не повернул головы, но, вероятно, по движениям моим понял, что я пришел в сознание.

– Хорошо. Сиди тихо, и все будет хорошо.

- Это… это вы со мной сделали? – с некоторым трудом спросил я. Язык плохо слушался.

- Что именно?.. А, ты про свой обморок? Тебе станет легче, если я отвечу "да"?

- Вы… вы… - с ужасом и стыдом я понял, что вот-вот разревусь, и закусил губы. Слезы мне сдержать удалось, но глупость я все-таки сморозил: - Когда Кристиан обнаружит, что я исчез, он поймет, кто в этом замешан. Он будет меня искать…

- И прекрасно! – Лючио повернулся ко мне, и я увидел довольную ухмылку на его губах.

– Пусть приходит, побеседуем на моей территории. Может быть, тогда он будет сговорчивее. Мне даже кажется, - он прикрыл глаза, будто в задумчивости, но я видел коварные искры, сверкавшие в них, - что он может знать о делах твоего отца больше, чем кто-либо другой. И, если ты и впрямь ему так дорог, ему придется ответить на мои вопросы.

Я зажмурился.