Преображение РадиМира

Вскоре мужики заметили узоры инея на стеклах, у кого-то расплавилась застежка на ремне. Затем кардинально изменилась окружающая обстановка.

- Нас что, в рай всех разом перенесло? - высказал предположение тот, кого называли Ленькой. – Так я точно знаю - мне там не место.

- Мужики, это какое-то оружие. На психику действует. Вы же видели, какой тут дом, - в голосе коротышки явно звучали панические нотки. - Наверняка нас подставили под какого-то генерала ФСБ, а у него…

- Замолчи, губастый, без тебя тошно.

Сматываться отсюда надо. Представляете, что сейчас в доме творится, если тут такое?

- И куда сматываться? Ты знаешь, где здесь выход?

- Был там, - указал в сторону ворот Вадим, он даже про обожженную руку позабыл.

- Делаем ноги.

Бандиты наткнулись на ворота. Двигаясь на ощупь, они добрались до калитки и, наконец, оказались на свободе. За воротами все оставалось по-прежнему. Тем не менее, возвращаться никто не пожелал.

«Вот она – волшебная сила искусства! – не мог не порадоваться Шох.

– Без единого выстрела заставил шестерых головорезов дать деру. Могуч ты, Валерий Иванович, могуч», - похвалил себя белобрысый и стал видимым.

Для лечения Радимир использовал самое действенное заклинание из своего арсенала. Он уже знал, что наиболее эффективными при наименьших затратах оказываются слова, начинавшиеся с дефектного звука. Однако на этот раз «restituere» потребовало столько энергии, что целитель едва устоял на ногах.

Ему тут же подвинули стул.

- Коллега, проблемы? – подошел к нему Глеб.

- Очень запущенный случай, - пробормотал Рварин. – Меня почти наизнанку вывернуло. Шоколад в доме есть?

Зоя Васильевна тут же побежала на кухню. Вернулась с тремя плитками и почему-то сильно перепуганной.

- Там это… стекла инеем покрылись, - буквально прошептала она. - Прямо у меня на глазах.

Рад принялся жевать шоколад, словно кусок хлеба. Ему сейчас требовалось уйма калорий, чтобы прийти в норму. Пока находившиеся в комнате пытались понять, из-за чего кухаркав шоке, с кровати вдруг поднялся Георгий, чем еще больше нагнал страху на Зою Васильевну.

Худой, как скелет, в одних семейных трусах, он сделал первый шаг, второй, постоял на месте и снова вернулся к кровати.

- Георгий Алексеевич! – вскрикнула женщина.

- Не может быть! – вторил ей хирург.

Все повернулись к ожившему умирающему.

- А говорят – чудес не бывает, - радостно сообщил мужчина.