Преображение РадиМира

Ее сердечный приступ настолько перепугал молодого человека, что он выложился на все сто.

Старушка, правда, пришла не потому, что ей вдруг стало плохо. Наоборот, поведение внука, который вместо водки принес коробку зефира и оставшиеся деньги, настолько растрогало, что она кинулась благодарить лекаря.

- Когда Володька еще в школу ходил, я часто нахваливала зефир, не думала, что он до сих пор помнит. А после того, как мы душевно чайку попили, внучок сам пошел картошку окучивать - без просьб и обещаний налить горькой.

Да он помолодел лет на пять, когда вернулся из магазина, - рассказывала Марковна обалдевшим приятелям и вдруг, схватившись за грудь, начала сползать со стула.

Оба экспериментатора сначала растерялись. Шохов первым вспомнил о способностях друга и попросил того действовать. Сколько раз Радимир произнес «tractare», он и сам не знал, но время, пока старушка приходила в себя, показалось бесконечным.

Очнувшись, гостья продолжила благодарить за внука, посчитав приступ легким недомоганием.

Валерка начал ее инструктировать, понимая, что слухи о Раде, как избавителе от алкоголизма, могут серьезно усложнить им жизнь.

- Лучше будет, если ваш Володька решит, что сам поборол дурную привычку. Захотел не пить - и не стал. Тогда и самоуважение проснется, он другим человеком быстрее станет. Поэтому в деревне никому ни слова о лечении, иначе все насмарку.

- Так я и не собиралась, разве что по секрету Михайловне.

- Какая Михайловна?!

- Так соседка моя, подруга лепшая. Токмо благодаря ней твой приятель и заглянул в дом.

- Хотите опять потерять внука? – строго «наехал» Валерка.

- Упаси Господь! – перекрестилась старушка.

- Тогда никаких Михайловн. Учтите: второй раз парня из дурмана не вытащить даже ему, - Шохов кивнул в сторону Радимира. – А стоит подняться слухам, и внучок перестанет в себя верить, снова покатиться по наклонной.

- Да, да, - закивала старушка, - людская молва – штука страшная. Володька, он ведь с чего запил? Я когда с первым инфарктом в больницу попала, в деревне заговорили о скорой смерти Марковны.

Тут внучок и не выдержал. Любит он меня, когда трезвый.

- Вы сказали - первый? – удивился Рварин. – Был и второй?

- Сердечко у меня слабенькое и годков немало. Городские врачи трижды с того света вытаскивали, дай им Бог здоровья.

«Четвертый инфаркт? – мысленно ужаснулся Рад. – Неужели Валеркина латынь…»

Старушка ушла, пообещав никому не рассказывать об участии Радимира в чуде с внуком.