Некроотдел

Как и предполагал Валет, мужик проснулся и, не увидев никого рядом, подумал, что и мы двое были глюками — и пошёл дальше. Следующие полторы недели он скитался по пустыне один, а затем нас просто выкинуло из Лимба.

Фобос вновь посмотрел на меня, чтобы оценить реакцию и вновь увидел то же самое: я не верил.

Пустыня, серьёзно? Не помню, чтобы где-то посреди города видел бескрайнюю пустыню с дюнами и барханами.

— Почему ты просто не превратился в волка? — спросил я. — Разодрал бы мужика, и дело с концом.

— Так я ж не умею, — ответил он, ухмыляясь.

Ну да, ну да.

— А в первый день? С тем пацаном.

Фобос затянулся сигаретой и, кажется, собрался рассказать очередную байку:

— Сам не чаю, как так получилось, — вдруг признался он. — Я так-то не оборотень, просто… Просто само как-то вышло.

Он явно что-то недоговаривал. Впрочем, я и не детектив, чтобы его допрашивать.

— А чего ты здесь-то? — спросил я. — Я думал, ты должен быть за дверью.

Демон вздохнул:

— Скучный ты… И кислый. Я просто вышел на перекур, — сказал он и тут же загорелся энтузиазмом.

— Смотри, в чём прикол: сначала я отрубил тётеньке ноги, а потом сказал: доползёшь до окна — я тебя в него выкину, и конец мучениям. Конечно же я врал, но у неё затеплилась надежда — а значит её можно разрушить. Это уже другой уровень страданий, на голову выше физического.

— Так всё, что тебе нужно — это страдания? Не боль? Не крики?

— Ты тупой? По истории с пустыней можно было бы и догадаться.

И то верно. Дядька-то явно не от боли испарился… Стоп, так он не наврал про пустыню?

— Ла-адно, пойду вскрывать тётеньке грудную клетку.

Глянешь?

Я отказался. Не люблю театры, в том числе и анатомические.

— Ну и хлюпик, — констатировал Фобос. — А я хотел дать тебе лично засунуть ей окурок в лёгкое. Ты бы ещё что-нибудь такое пафосное в этот момент сказал, а? Типа: “Я слышал, курение убивает… Проверим”.

— Обойдусь, — сказал я и едва сдержал рвотные позывы. Не столько от представившейся сцены, сколько от сигаретного дыма, перемешанного с дурновкусием демона.

Странные у него представления о надлежащем мне поведении. Таким был Проводник, работавший с ним до меня? Если так, то стоит посочувствовать Сомнии. Кажется, он назвал его “Валет”… ГОСПОДИ, ДА СКОЛЬКО МОЖНО ОРАТЬ?! Блин! Я всё никак не пойму, почему бы не замутить какой-нибудь кляп, чтобы заткнуть им рот?

Я вдохнул оставшийся после Фобоса дым и подумал, что сигареты, должно быть, неплохо снимают напряжение.