Час-корень

Да и вообще, сколько таких кухонь по всей стране? Разные люди, сидя там, обсуждают свои проблемы, о которых он, Роберт, никогда даже не услышит. И проблемы эти их занимают ничуть не меньше, чем его занимает тайна Усть-Кумска…

— Ладно, — сказала наконец Варя и отложила вилку, — рассказывай.

— Смотри, тут дело такое. Десятиклассники в сочинениях приоткрывали нам свои сказки. При этом в подробности не вдавались. Лера сама, например, не знает, когда и как появились гипермаркеты с магией. Они просто есть в её мире — сейчас, в текущий момент.

Но чтобы существовать, полноценный мир должен иметь свою предысторию. Основу, на которую он может опереться. Следишь за мыслью?

— Да, продолжай.

— В реальности мы привыкли, что предыстория уже есть. Находится где-то в прошедшем времени. Из неё вырастает то, что сейчас. А вот теперь внимание! Вспомни мою гипотезу: настоящее влияет на прошлое. И тогда получается, что воображаемый мир отращивает себе предысторию. Пускает корни назад во времени, чтобы закрепиться. И там, в прошлом, учреждается корпорация «Аква-гипер».

Торговля магией получает обоснование…

Роберт выдохся и замолк. Варя, нахмурившись, надолго погрузилась в раздумья. Потом решила взять паузу — поднялась и спросила:

— Где тут чай у тебя? Без него я такой рассказ не переварю.

— В шкафчике глянь.

— Нашла… Как ты вообще до всего этого дошёл?

— Говорю же — в бювете пришла картинка. Увидел, как от нас в прошлое тянутся такие, ну, как бы шлейфы… Или те самые корни… Не только от каждого человека в отдельности, но и вообще — туда, в историю, всё дальше и дальше… На час, на день, на месяц, на год…

— Угу, — пробормотала Варя, — корень на час назад.

Час-корень…

— Ну а что? Неплохо звучит… Есть, кстати, славянские языки, где «час» означает время как таковое. Чешский, например, если не ошибаюсь…

Кипяток разлили по кружкам, притопили в нём чайные пакетики. Роберт, рассеянно водя ложкой, следил, как заварка в воде клубится оранжево-мутным облаком. Варя спросила:

— Но почему эти выдуманные миры вдруг начали прорастать? Аномалия повлияла?

— Думаю, да.

Не зря же авторы сочинений — её ровесники. Тут, в принципе, тоже теперь понятно… Каждая сказка существовала в голове у своего автора. Её надо было записать и прочесть, чтобы сделать общедоступной. Для этого я, видимо, и понадобился…

— Похоже на то, — согласилась Варя. — Знаешь, давно хотела тебя спросить… Вот аномалия тебя позвала с другого конца страны. Ты почувствовал, что здесь что-то интересное.