Сказки Старого Зоопарка

Первым не выдержал оленек, клыкастый, маленький и свирепый. Взбрыкнув напоследок, он перескочил через передок кибитки, рыкнул на трусливое зверье, прыгнул вперед – и исчез, как не бывало. Следом рискнул собой белый слон – он стал пленником уже взрослым и мечтал попасть назад в Африку. Тяжелого черепаха кое-как перевалил через бортик мамонт. Жираф долго подгибал шею, пытаясь найти проход, но и у него все получилось. Раджа сперва отказался покидать зоопарк – злопамятный хищник, пользуясь неразберихой, хотел отомстить людям.

Но слоны построились подковой, и грозно трубя, отправили тигра в его владения.

Уходили антилопы и носороги, косули и гиены, павианы и леопарды. Волки с лисами отказались испытывать судьбу – прячась в тенях, они направились к выходу. К полудню, когда земля вздрогнет, они окажутся далеко…

Мамонт Вася, до которого дошла очередь, замотал головой. Во-первых идти ему, по большому счету было некуда. Во-вторых – люди спасли его, выкормили и вырастили. Давным-давно предки мамонта дружили с укутанными в шкуры бродягами, защищали убогие жилища от свирепых снежных волков, таскали бревна и слушались голоса бубна.

Оставить людей сейчас, бросить наедине с бедой – значило поступить по-людски.

Васька решил остаться.

И шимпанзе Улугбек решил остаться. Должен же кто-то рассказать, что землетрясение подступает к городу. И семейство ослов осталось, и верблюды, и попугай жако, и лошади Пржевальского, и мартышки, и сестры-медведицы, и лабораторные крысы. И… Шелли, мудрая могучая Шелли тоже не шагнула в сказочный лес.

Она служила людям, как отец, дед и прадед. И отвечала за тех, кем правила.

Почесав в затылке, Улугбек подозвал Палыча:

– Фиаско. Землетрясение. Звони.

Молодая красавица директриса взяла такси и через полчаса уже ворвалась в сторожку разгневанным ураганом. Она служила совсем недолго, и, догадываясь, что ей досталось непростое место работы, не представляла масштабов бедствия. Осознав, что зоопарк в одночасье лишился питомцев, директриса чуть не упала в обморок. Теплое дыхание мамонта Васьки, который решил успокоить даму, таки нокаутировало ее – пришлось отливать водой из ближайшего рва.

Членораздельная речь шимпанзе Улугбека тоже не способствовала душевному равновесию директрисы. И лишь слово «землетрясение» привело ее в разум.

Таксист, увидав веселую кавалькаду, наотрез отказался сажать в машину Палыча, не говоря о мартышке без намордника. Улугбек страшно обиделся на мартышку и заколотил себя в грудь, вызывая нахала на честный бой.