Книга Ведьм

— Дух бабы Марфы, слышишь ли ты меня? — "Ну давай, старая вредина, рассказывай, для чего тебе понадобилось пугать великовозрастных внуков и двигать мебель в их доме?"

Ведьма из восьмидесятых

На эту коробку Марина наткнулась совершенно случайно, когда разбирала ящик под старой кроватью перед тем, как вынести ее на помойку и заменить новой, удобной, с ортопедическим матрасом (о котором она очень старалась не думать как об очередной примете возраста). Обычная коробка из-под обуви, но сердце екнуло при виде нее.

Опустившись на пол и прислонившись к стене, Марина устроила коробку на коленях и медленно приподняла крышку.

Наверное, это была иллюзия, но ей показалось, что из коробки пахнуло солнцем. И апельсиновой жвачкой. Хотя нет, второй запах иллюзией не был — Марина вытащила из коробки хитроумно свернутую из нескольких фантиков закладку. Помнится, она таскала ее в портфеле на удачу. И помнится, она ей даже помогала. Хотя по всем законам магии не должна была. Впрочем, у нее тогда все получалось легко и естественно, и правила интересовали юную ведьму меньше всего.

Следующими на свет из коробки появились резинки для волос — не совсем старые, из канцелярской черной резины, а махровые трикотажные резиночки ярких цветов, что появились, когда Марина была в старших классах. У нее их было множество, всех цветов, и по утрам она проводила по полчаса перед зеркалом, пытаясь собрать волосы в хвост сбоку и надеть на него резиночки в определенном порядке — каждый раз разном, в зависимости от того, чего ей в этот день хотелось.

Что-то звякнуло и рука Марины нащупала на дне коробки холодный металлический предмет. О, головоломка! Завернутые петлями блестящие гвозди и кольца, которые нужно было разъединять и соединять. Марина никогда не могла запомнить порядок действий, приходилось каждый раз подолгу вертеть головоломку в руках, пробуя разные варианты. Зато когда она наконец собиралась — заодно находился ответ на какой-нибудь мучивший тебя вопрос.

Змейка из красно-белых треугольников.

.. тоже головоломка, только из нее можно было много чего складывать. Марина улыбнулась, когда руки сами собой принялись сворачивать из змейки шар. Надо же... она не помнит, а руки — помнят. По ее собственным старым приметам это означало удачу.

Два шерстяных клубка напомнили о том, как тяжело она училась вязать, и с каким упорством потом два месяца вязала себе полосатые гетры — не ради колдовства, а просто потому, что они у всех были.